Расчетные правоотношения, возникающие при выходе участника из ООО

Расчетные правоотношения, возникающие при выходе участника из ООО и наследовании доли умершего участника. Готовая дипломная работа; Объем работы: 67 стр.; Год: 2011; Страна: РБ.

Оглавление:

ВВЕДЕНИЕ

С начала 90-х годов 20 века в Республике Беларусь начали происходить значительные изменения как в политической, так и в экономической сферах. Эти изменения не могли не наложить отпечаток на развитие организационно-правовых форм коммерческой деятельности.
Кроме государственной законодательно было закреплено наличие частной формы собственности.
Так согласно статьи 13 Конституции Республики Беларусь (далее – Конституция) собственность может быть государственной и частной. Государство предоставляет всем равные права для осуществления хозяйственной и иной деятельности, кроме запрещенной законом, и гарантирует равную защиту и равные условия для развития всех форм собственности. Государство способствует развитию кооперации. Государство гарантирует всем равные возможности свободного использования способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности.
Статья 44 Конституции гласит: «Государство гарантирует каждому право собственности и содействует ее приобретению.
Собственник имеет право владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом как единолично, так и совместно с другими лицами. Неприкосновенность собственности, право ее наследования охраняются законом.
Собственность, приобретенная законным способом, защищается государством.
Государство поощряет и охраняет сбережения граждан, создает гарантии возврата вкладов.
Принудительное отчуждение имущества допускается лишь по мотивам общественной необходимости при соблюдении условий и порядка, определенных законом, со своевременным и полным компенсированием стоимости отчужденного имущества, а также согласно постановлению суда»[1].
Преобразования на политическом и экономическом уровнях означали начало перехода Республики Беларусь к многоукладной экономике.
По этой причине потребовались кардинальные перемены в правовом регулировании экономической деятельности.
Принятие в 1998 году Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее — ГК) — явилось важнейшей вехой на этом пути. Разработаны принципиальные основы экономических отношений при переходе к рыночным методам хозяйствования, сформировал основные правила, нормы их правового регулирования, обобщил и законодательно закрепил новые формы организации экономической жизни, возникшие в последние годы.
В Кодексе, в частности, жёстко регламентированы организационно-правовые формы. А это означает, что все без исключения, действующие структуры должны были быть приведены в соответствие с введёнными Гражданским кодексом нормами.
«Переход к рыночной экономике немыслим без функционирования предприятий в виде хозяйственных обществ, так как данные организационно-правовые формы коммерческой деятельности в наибольшей степени способствуют инвестированию в экономику и соответственно перераспределению капиталов в экономике страны по наиболее продуктивным сферам хозяйствования»[36, C.14]. «Хозяйственные общества в виде обществ с ограниченной ответственностью (далее – ООО, общество) являются в настоящее время преобладающими по своему количеству организационно-правовыми формами коммерческих организаций»[14, C.41]. Несмотря на то, что институт ООО в гражданском законодательстве Беларуси введен достаточно давно, отдельные вопросы функционирования таких юридических лиц представляются малоизученными.
Особую актуальность имеют правоотношения, связанные с выходом участников из ООО и наследованием доли умершего участника ООО. Именно по этой причине автором была выбрана данная тема.
Объектом исследования данной работы является расчетные правоотношения, возникающие при выходе участника из ООО и наследовании доли умершего участника.
Предметом исследования выступают порядок расчетов при выходе участника из ООО и наследовании доли умершего участника сквозь понятия ООО как юридического лица, порядка формирования уставного фонда, вклада, доли участков.
Цель работы – раскрыть сущность расчетных правоотношений, возникающих при выходе участника из ООО и наследовании доли умершего участника, выявить основные направления оптимизации законодательства Беларуси в этой сфере.
Реализация поставленной цели обусловила решение следующих взаимосвязанных задач:
– определить теоретические основы сущности и содержания понятия «общество с ограниченной ответственностью»;
– выявить основные правовые характеристики вклада и доли участников ООО;
– изучить процесс осуществления расчетов при выходе участника из ООО;
– изучить процесс осуществления расчетов при наследовании доли умершего участника ООО.
— выявить проблемы в производстве расчетов при выходе участника из ООО и наследовании доли умершего участника и определить основные пути их решения.
Автором использованы работы Я. Функа, В. Хвалея, В. Михальченко, В.А. Бабрико, Е. Бельчиной, Н.В. Беспанской, Г. Богомолова, Е.Гритченка, Кулагина М. И., Зиновьева А., и д.р.
В процессе исследования были использованы следующие методы: анализ философской, юридической, полит-экономической литературы, статистических сведений, обобщение, сравнение, моделирование.
Дипломная работа состоит из следующих структурных частей: введения, основной части (состоящей из трех глав), заключения, списка использованных источников.
Объем работы составляет – 67 листов; использовано 37 источников.

к оглавлению ↑

1 ПОНЯТИЕ И СОСТАВ ДОЛИ В УСТАВНОМ ФОНДЕ УЧАСТНИКА В ОБЩЕСТВЕ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ

1.1. Законодательные основы деятельности общества с ограниченной ответственностью

Для того, что бы перейти к исследованиям понятия и состава доли участника в уставном фонде общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) необходимо обозначить юридическую платформу деятельности ООО в национальном законодательстве.
Согласно Гражданского законодательства ООО является учрежденное двумя или более лицами общество, уставный фонд которого разделен на доли определенных уставом размеров. Участники ООО не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости внесенных ими вкладов.
Участники общества, внесшие вклады не полностью, несут солидарную ответственность по его обязательствам в пределах стоимости неоплаченной части вклада каждого из участников (п.1 ст.86 ГК).
Статья 91 Закона Республики Беларусь «О хозяйственных обществах» (далее — Закон «О хозяйственных обществах») ограничивает число участников общества. Так, «число участников ООО не должно превышать пятидесяти. В противном случае ООО подлежит реорганизации в течение года, а по истечении этого срока – ликвидации в судебном порядке, если число его участников не уменьшится до установленного законодательными актами предела. ООО не может иметь одного участника» [10, C.17].
«На ООО распространяются общие положения о хозяйственных обществах. Учреждение ООО осуществляется по решению его учредителей, которое принимается до проведения учредительного собрания. Решение об учреждении ООО может приниматься учредителями путем заключения договора о создании общества или в иной форме, определенной учредителями» [11, C.51].
Решением об учреждении ООО должны быть определены:
порядок осуществления учредителями совместной деятельности по созданию общества, их права и обязанности по созданию хозяйственного общества, в том числе порядок подготовки проекта устава хозяйственного общества;
распределение между учредителями обязанностей по подготовке к государственной регистрации общества, в том числе по согласованию в установленном порядке наименования общества, открытию временного счета для аккумуляции денежных средств, предназначенных для формирования его уставного фонда, по совершению иных действий, установленных законодательством;
размер уставного фонда, порядок внесения учредителями вкладов в уставный фонд;
юридическое лицо или индивидуальный предприниматель, которые будут осуществлять оценку стоимости неденежного вклада в уставный фонд хозяйственного общества или проводить экспертизу достоверности оценки стоимости неденежного вклада в уставный фонд общества;
учредитель общества, уполномоченный на подписание заявления о государственной регистрации, в случае, если количество учредителей хозяйственного общества более трех и ими принято решение уполномочить одного из них на подписание указанного заявления;
порядок созыва и проведения учредительного собрания общества [6].
Учредители ООО несут солидарную ответственность по обязательствам, возникшим до его государственной регистрации и связанным с учреждением этого общества. ООО принимает на себя ответственность по обязательствам учредителей, связанным с учреждением этого общества, в случае последующего одобрения их действий общим собранием участников общества.
Учредителями ООО могут быть граждане (физические лица) и (или) юридические лица, принявшие решение о его учреждении (ст.13 Закона «О хозяйственных обществах»).
Учредители ООО после его государственной регистрации становятся участниками хозяйственного общества.
Участниками ООО являются также лица, получившие право собственности, право хозяйственного ведения или оперативного управления на долю в уставном фонде хозяйственного общества.
Государственные органы, органы местного управления и самоуправления не вправе выступать участниками ООО, если иное не установлено законодательством.
Унитарные предприятия, государственные объединения, а также финансируемые собственниками учреждения могут быть участниками ООО с разрешения собственника (уполномоченного собственником органа), если иное не установлено законодательными актами (ст.13 Закона «О хозяйственных обществах»).
Участие в ООО отдельных категорий граждан (физических лиц) может быть запрещено или ограничено законом, а юридических лиц может быть ограничено лишь в случаях и порядке, предусмотренных законодательными актами. Статья 31 ГК предусматривает возможность ограничения предпринимательской деятельности гражданина, в случаях предусмотренных законодательством, в виде запрета своими действиями приобретать и осуществлять права, создавать для себя и исполнять обязанности собственника имущества (учредителя, участника) юридического лица [3].
Участники ООО имеют обязательственные права в отношении этих обществ, а также могут иметь вещные права только на имущество, которое они передали хозяйственным обществам в пользование в качестве вкладов в уставные фонды.
Участники ООО вправе:
участвовать в управлении деятельностью хозяйственного общества;
получать информацию о деятельности хозяйственного общества и знакомиться с его документацией в объеме и порядке, установленных уставом;
принимать участие в распределении прибыли ООО;
получать в случае ликвидации ООО часть имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимость.
Участники ООО могут иметь и другие права, предусмотренные законодательством и уставом общества.
Участники общества могут передавать полномочия по участию в управлении деятельностью ООО иным лицам путем выдачи доверенности либо заключения договора в порядке, установленном законодательными актами.
Право на участие в управлении деятельностью ООО может принадлежать иным лицам, которые приобрели права пользования и (или) распоряжения долей (частью доли) в уставном фонде ООО на основании договора, если иное не установлено законодательными актами, а также лицам, уполномоченным в соответствии с законодательными актами на управление наследственным имуществом в случае смерти участника общества.
Участники ООО обязаны:
вносить в уставный фонд хозяйственного общества вклады в порядке, размерах, способами и в сроки, предусмотренные уставом;
не разглашать конфиденциальную информацию о деятельности хозяйственного общества, полученную в связи с участием в обществе;
выполнять иные обязанности, связанные с участием в хозяйственном обществе, предусмотренные настоящим Законом, иными законодательными актами и уставом хозяйственного общества.
Общество с ограниченной ответственностью не вправе выпускать акции.
Наименование общества с ограниченной ответственностью должно содержать слова «общество с ограниченной ответственностью». Сокращенное наименование общества с ограниченной ответственностью должно содержать аббревиатуру «ООО».
Учредительным документом ООО является его устав, утвержденный его учредителями (участниками).
Устав ООО должен определять:
наименование ООО;
место его нахождения;
цели деятельности, а в случаях, предусмотренных законодательством, и предмет деятельности;
размер уставного фонда;
права и обязанности участников;
структуру, порядок избрания или образования, состав и компетенцию его органов;
порядок управления деятельностью ООО;
орган управления ООО, уполномоченный на подготовку, созыв и проведение общего собрания его участников (далее – уполномоченный орган хозяйственного общества);
порядок принятия органами управления решений, включая перечень вопросов, решения по которым принимаются органами управления единогласно или квалифицированным большинством (не менее двух третей, трех четвертей) голосов;
условия и порядок распределения прибыли и убытков;
перечень представительств и филиалов;
ответственность общества, его участников;
порядок утверждения бухгалтерской отчетности ООО (данных книги учета доходов и расходов), его представительств и филиалов;
порядок и объем предоставления участникам информации о хозяйственном обществе;
иные сведения, предусмотренные настоящим Законом и иным законодательством.
В устав ООО по согласию учредителей (участников) могут быть включены и иные положения, не противоречащие законодательству.
Изменения и (или) дополнения в устав ООО вносятся в случаях и порядке, установленных настоящим Законом и иными законодательными актами.
Изменения и (или) дополнения, вносимые в устав ООО, подлежат государственной регистрации в порядке, установленном законодательными актами, и приобретают силу для третьих лиц с момента этой регистрации, если иное не установлено законодательными актами (ст.14 Закона «О хозяйственных обществах»).
Высшим органом управления обществом ООО является общее собрание его участников.
В ООО создается исполнительный орган (коллегиальный и (или) единоличный), осуществляющий текущее руководство его деятельностью и подотчетный общему собранию его участников. Единоличный орган управления обществом может быть избран также и не из числа его участников.
В ООО по решению его учредителей (участников) в соответствии с уставом может создаваться совет директоров (наблюдательный совет).
Компетенция органов управления обществом, а также порядок принятия ими решений и выступления от имени общества определяются в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью и уставом общества.
К исключительной компетенции общего собрания участников ООО относятся:
1) изменение устава общества и размера его уставного фонда;
2) образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий;
3) утверждение годовых отчетов и бухгалтерских балансов общества (данных книги учета доходов и расходов организаций и индивидуальных предпринимателей, применяющих упрощенную систему налогообложения) и распределение его прибыли и убытков;
4) решение о реорганизации или ликвидации общества;
5) избрание ревизионной комиссии (ревизора) общества.
Законодательством об обществах с ограниченной ответственностью к исключительной компетенции общего собрания может быть также отнесено решение иных вопросов.
Вопросы, отнесенные к исключительной компетенции общего собрания участников общества, не могут быть переданы им на решение исполнительного органа общества.
Для проверки и подтверждения достоверности бухгалтерской (финансовой) отчетности общества с ограниченной ответственностью (данных книги учета доходов и расходов организаций и индивидуальных предпринимателей, применяющих упрощенную систему налогообложения) оно вправе, а в случаях, предусмотренных законодательными актами, обязано привлекать аудиторскую организацию (аудитора – индивидуального предпринимателя). Аудит достоверности бухгалтерской (финансовой) отчетности общества (данных книги учета доходов и расходов организаций и индивидуальных предпринимателей, применяющих упрощенную систему налогообложения) может быть также проведен по требованию любого из его участников.
Порядок проведения аудита деятельности общества определяется законодательством и уставом общества.
Опубликование обществом сведений о результатах ведения его дел (публичная отчетность) осуществляется в случаях, предусмотренных законодательством.
ООО может быть реорганизовано или ликвидировано добровольно по единогласному решению его участников, а также в случаях и порядке, установленных законодательными актами, – по решению уполномоченных государственных органов, в том числе суда. Реорганизация ООО может быть осуществлена в форме слияния, присоединения, разделения, выделения, преобразования.
ООО вправе преобразоваться в акционерное общество, общество с дополнительной ответственностью, хозяйственное товарищество или производственный кооператив, а также в унитарное предприятие в случае, когда в составе общества остался один участник.
Таким образом, ООО — учрежденное двумя или более лицами общество, уставный фонд которого разделен на доли определенных уставом размеров. Участники ООО не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости внесенных ими вкладов.

к оглавлению ↑

1.2. Понятие доли участника в уставном фонде общества с ограниченной ответственностью

Правоприменительная практика показывает, что не имеется однозначного толкования таких понятий, как вклад (стоимость вклада) участника ООО и доля участника в уставном фонде ООО.
Возникающие на практике проблемы диктуют необходимость рассмотреть некоторые актуальные вопросы, вытекающие из соотношения вышеуказанных понятий.
В соответствии с п. 1 ст. 471 ГК при создании коммерческой организации формируется уставный фонд этой организации в порядке, установленном законодательством. Коммерческая организация самостоятельно определяет размер уставного фонда, за исключением коммерческих организаций, для которых законодательством устанавливаются минимальные размеры уставных фондов. «Минимальный размер уставного фонда для ООО действующим законодательством не установлены» [24, С.127].
Согласно ст.91 Закона «О хозяйственных обществах» уставный фонд общества с ограниченной ответственностью составляется из стоимости вкладов его участников. Общество с ограниченной ответственностью самостоятельно определяет размер своего уставного фонда.
Уставный фонд определяет минимальный размер имущества общества, гарантирующего интересы его кредиторов.
Не допускается освобождение участника общества с ограниченной ответственностью от обязанности внесения вклада в уставный фонд общества, в том числе путем зачета требований к обществу, за исключением случаев, установленных законодательными актами.
«Если по окончании второго и каждого последующего финансового года стоимость чистых активов хозяйственного общества окажется менее уставного фонда, это общество обязано в установленном порядке уменьшить свой уставный фонд до размера, не превышающего стоимости его чистых активов» [18, С.213].
В случае принятия решения об уменьшении уставного фонда хозяйственное общество в течение тридцати дней с даты принятия такого решения обязано письменно уведомить кредиторов общества об уменьшении уставного фонда общества и о его новом размере либо опубликовать в печатном средстве массовой информации, предназначенном для публикации данных о государственной регистрации юридических лиц, сообщение о принятом решении. Кредиторы хозяйственного общества вправе в течение тридцати дней с даты направления им уведомления или в течение тридцати дней с даты опубликования сообщения о принятом решении письменно потребовать досрочного прекращения или исполнения соответствующих обязательств этого общества и возмещения им убытков (ст. 28 Закона «О хозяйственных обществах»).
В статье 29 Закона «О хозяйственных обществах» содержится перечень имущества, которое может являться вкладом в уставной фонд хозяйственного общества (в том числе и в уставной фонд ООО).
Так, вкладом в уставный фонд хозяйственного общества могут быть вещи, включая деньги и ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права, либо иные отчуждаемые права, имеющие оценку их стоимости.
«Вносимое в уставный фонд хозяйственного общества имущество должно принадлежать учредителям (участникам) на праве собственности, праве хозяйственного ведения или оперативного управления. Вкладом в уставный фонд хозяйственного общества не может быть имущество, если право на его отчуждение ограничено собственником, законодательством или договором» [19, С.59].
Уставный фонд хозяйственного общества не может быть сформирован полностью за счет неденежного вклада в виде имущественных прав. При этом объем имущественных прав, вносимых в качестве вклада в уставный фонд хозяйственного общества, не может быть более пятидесяти процентов уставного фонда хозяйственного общества. Уставом хозяйственного общества могут быть определены виды имущества, которые не могут быть вкладом в уставный фонд этого общества.
Оценка стоимости неденежного вклада в уставный фонд хозяйственного общества подлежит экспертизе и проводится в порядке, установленном законодательством. В случае проведения независимой оценки стоимости вносимого в уставный фонд хозяйственного общества неденежного вклада экспертиза достоверности этой оценки не проводится.
При внесении учредителем (участником) в качестве вклада в уставный фонд хозяйственного общества права пользования имуществом на ограниченный срок размер такого вклада определяется исходя из арендной платы, исчисленной в порядке, установленном законодательством, за весь этот срок. В случае прекращения права пользования имуществом или ликвидации хозяйственного общества ранее указанного срока вклад участника признается не внесенным на сумму арендной платы за оставшийся период, если иное не предусмотрено уставом. Риск случайной гибели, случайной порчи или случайного повреждения имущества, внесенного в виде неденежного вклада в уставный фонд хозяйственного общества, возлагается на это общество.
Закон «О хозяйственных обществах» (ст.94) указывает, что размер доли в уставном фонде общества с ограниченной ответственностью участника этого общества определяется в процентах или в виде дроби и соответствует соотношению между стоимостью его вклада в уставный фонд и уставным фондом этого общества, если иное не предусмотрено уставом общества.
Действительная стоимость доли участника общества с ограниченной ответственностью соответствует части стоимости чистых активов этого общества, пропорциональной размеру его доли.
Уставом общества с ограниченной ответственностью могут быть ограничены максимальный размер доли его участника либо возможность изменения соотношения долей участников этого общества. Указанные ограничения могут быть установлены при учреждении общества с ограниченной ответственностью или впоследствии по единогласно принятому решению общего собрания участников этого общества, которое может быть изменено или отменено в таком же порядке.
Правоприменительная практика и анализ законодательства показывают, что понятие «доли участника ООО» с точки зрения его правовой природы «следует трактовать как имущественное право участника по отношению к обществу, которое объективируется через долю участника в уставном фонде общества» [13, С.52].
Указанное выше право содержит в себе еще ряд прав:
— право на часть прибыли общества;
— право на участие в управлении общества;
— право на получение части имущества общества при выходе из него;
— право на получение информации;
— право на часть имущества общества при его ликвидации.
Таким образом, уставный фонд общества с ограниченной ответственностью составляется из стоимости вкладов его участников. Общество с ограниченной ответственностью самостоятельно определяет размер своего уставного фонда. Размер доли в уставном фонде общества с ограниченной ответственностью участника этого общества определяется в процентах или в виде дроби и соответствует соотношению между стоимостью его вклада в уставный фонд и уставным фондом этого общества, если иное не предусмотрено уставом общества. Действительная стоимость доли участника общества с ограниченной ответственностью соответствует части стоимости чистых активов этого общества, пропорциональной размеру его доли. Доля участника ООО есть имущественное право участника по отношению к обществу, которое объективируется через долю участника в уставном фонде общества.

к оглавлению ↑

1.3. Состав и иные характеристики доли участника в уставном фонде общества с ограниченной ответственностью

Для обозначения состава доли участника ООО необходимо для начала детализировать ранее перечисленные права участника ООО (право на часть прибыли общества; право на участие в управлении общества; право на получение части имущества общества при выходе из него; право на получение информации; право на часть имущества общества при его ликвидации).
Так, относительно права на участие в распределении прибыли можно отметить следующее: «основные права участника носят имущественный характер, поэтому главным правом участника является право на участие в прибыли общества. Причем в отличие от прав кредитора это право связано с деятельностью общества и зависит от его работы» [32, С.8].
Право на участие в управлении обществом заключается в праве избирать и быть избранным в органы контроля и управления обществом, а также в праве участия в общих собраниях участников общества.
При этом участник может реализовать данное право как самостоятельно, так и через представителя либо через иные формы неличного участия.
Самостоятельное участие в управлении ООО участника – физического лица предполагает его непосредственное личное участие, а участник -юридическое лицо участвует в управлении ООО через свой орган, представляющий юридическое лицо во взаимоотношениях с субъектами во внешней среде. Такому органу не требуется дополнительной доверенности на представление интересов юридического лица.
Право на получение в случае выхода или исключения участника из ООО части его имущества, приходящегося на долю участника в уставном фонде общества, выводится, исходя из стоимости чистых активов общества.
Составляющими права на получение информации о деятельности общества являются возможности знакомиться с бухгалтерскими документами общества (кассовой, бухгалтерской книгами, годовыми балансами и т.д.) и иными документами, согласно устава.
Вместе с тем, при предоставлении возможности участникам общества знакомиться с той или иной документацией необходимо учитывать и то, что некоторые нежелательные сведения могут стать доступными конкурентам. В этой связи, представляется, что порядок, объем, виды документов, с которыми могут знакомиться все участники общества, следует подробно прописывать в уставе общества.
Право участника на получение части имущества в связи с ликвидацией общества можно разделить на следующие составляющие права:
— личные (на участие в управлении и получение информации) и имущественные (на дивиденд, на часть имущества при выходе (исключении) или ликвидации;
— без которых участник таковым уже не является, и без которых участник будет оставаться участником (права, отсутствие которых не разрушает понятие ООО. К первому виду относится право на выгоды от деятельности общества (право на дивиденд), а также право на часть имущества общества при выходе (исключении) участника или ликвидации общества» [33, С.9] .
Необходимо отметить, что законодательством, в частности п.1 ст.64 ГК и ст.13 Закона «О хозяйственных обществах», предусматривается возможность наделения участников общества и иными правами, причем как в силу установления законодательства, так и в силу положений учредительных документов общества.
Что позволяет, в конкретном ООО предусмотреть не только дополнительные права для всех участников общества, но и определить такие права лишь для некоторых или одного из участников общества. А это, в свою очередь, будет создавать неравенство в «обществе», если в его уставе такие положения будут реализованы (например, право одного или нескольких участников общества на получение прибыли от деятельности общества в большем объеме, чем иные участники общества).
«Моментом возникновения доли участия как обязательства является момент возникновения общества с ограниченной ответственностью, поскольку при отсутствии второй стороны в обязательстве вряд ли можно говорить о самом обязательстве. До момента государственной регистрации общества существуют лишь обязательственные отношения между учредителями, но не отношения между участником и обществом» [33, С.11].
Доля участника в ООО характеризуется тем, что она не приводит к разделу уставного фонда на равные доли, величина которых соответствует определенному номиналу. «Это объясняется тем, что белорусский законодатель «понимает», что впоследствии при наличии подобного раздела доли, как правило, распределяются между лицами, количество которых будет меньше, чем количество долей. Следовательно, нет необходимости стандартизировать доли участия в силу того, что с одной стороны они делимы (в белорусском праве доля участия может быть разделена на «бесконечное» количество иных долей участия, вплоть до «номинала доли» в один рубль), с другой стороны присутствуют «определенные затруднения» в обороте долей.
«Доля участника уставного фонда, в отличие от акции, может рассматриваться не только как право, но и как обязанность участника. Что объясняется принятием участником общества на себя определенных обязанностей, например, в связи с заключением учредительного договора» [37, С.231].
Так, просрочка внесения вклада в уставной фонд участником общества может повлечь за собой возмещение им ущерба за ненадлежащее исполнение взятых на себя обязательств, так как общество, рассчитывая на вклад участника, могло заключить ряд договоров с третьими лицами, а в результате невыполнения обязанности со стороны участника не выполнить взятые на себя обязательства.
В качестве обязанности участника общества может также рассматриваться и обязанность по внесению дополнительных вкладов в его уставной фонд.
Статья 94 Закона «О хозяйственных обществах» дает понятие «действительной стоимости» доли. Действительная стоимость доли определяется как часть стоимости чистых активов общества, пропорциональная размеру доли в уставном фонде.
Под чистыми активами законодатель подразумевает (согласно Постановления Совета Министров Республики Беларусь от 22 ноября 1999 года №1825 «О нормативном регулировании понятия «чистые активы») величину, определяемую путем вычитания из суммы активов юридического лица, в том числе ООО, принимаемых к расчету, суммы его пассивов, принимаемых к расчету.
Активами, принимаемыми к расчету, является денежное и неденежное имущество общества, в состав которого включаются по балансовой стоимости:
— основные средства;
— нематериальные активы;
— незавершенное строительство;
— долгосрочные и краткосрочные финансовые вложения, за исключением балансовой стоимости собственных долей, выкупленных у участников;
— запасы;
— дебиторская задолженность, за исключением задолженности участников по их взносам в уставной фонд;
— прочие активы.
Пассивами, принимаемыми к расчету, являются обязательства общества, в состав которых включаются:
— целевое финансирование и поступления;
— заемные средства;
— кредиторская задолженность;
— расчеты по дивидендам;
— доходы будущих периодов;
— резервы предстоящих расходов и платежей;
— прочие пассивы.
«Указанная расчетная величина не всегда отражает стоимость доли в уставном фонде, так как применительно к предпринимательскому обороту зачастую важна не только стоимость имущества, но и перспективы развития, которые имеет определенный бизнес. Значит реальная стоимость доли должна учитывать изложенное обстоятельство, действительная же стоимость доли базируется исключительно на имущественных факторах» [33, С. 24].
Характеризуя долю участника ООО в рамках белорусского законодательства, необходимо также обратиться и к опыту других государств.
Германия является первым государством, которое ввело в практику общество с ограниченной ответственностью. В германском законодательстве соответствии с Законом «Об обществах с ограниченной ответственность» «пай каждого участника определяется по сумме принятого им на себя уставного вклада» [33, С.351]. Тем самым пай представляет собой внесенный в уставной фонд общества вклад, а в силу этого «отсутствует возможность диспропорциональности между долей в уставном фонде и размером вклада участника по сравнению с размерами вкладов иных участников» [20, С.127].
Германское законодательство (параграф 18 Закона «Об обществах с ограниченной ответственность») «предусматривает возможность принадлежности пая нераздельно нескольким лицам, имеющим такой пай солидарно» [28, С.421].
Анализ гражданского законодательства Российской Федерации показывает, что подход российского законодателя к обществу с ограниченной ответственностью фактически тождественен определению ООО белорусским законодателем, за рядом исключений.
Так согласно ст.8 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» российский законодатель предоставляет участникам ООО следующие права:
— участвовать в управлении делами ООО, в порядке установленном законодательством и учредительными документами;
— получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его учредительными документами порядке;
— принимать участие в распределении прибыли;
— продать либо иным образом уступить свою долю в уставном капитале общества либо ее часть одному или нескольким участникам общества, в порядке, предусмотренном Федеральным законом и уставом общества;
— в любое время выйти из общества независимо от согласия других участников общества;
— получать в случае ликвидации общества часть имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимость.
«Общество может предоставлять участникам общества и дополнительные права, не предусмотренные Федеральным законом. При этом данные права могут быть предусмотрены уставом ООО, либо предоставлены участникам (участнику) по решению общего собрания общества, принятому всеми участниками единогласно. Прекращение дополнительных прав, предоставленных участнику по решению общего собрания, производится также по решению общего собрания участников» [27].
Аналогичным образом на участников ООО могут быть возложены дополнительные обязанности.
«Как дополнительные прав, так и дополнительные обязанности по российскому законодательству не переходят на лицо, которое приобрело долю (часть доли) участника ООО» [29, С.13].
Таким образом, с точки зрения правовой природы доля участника общества трактуется как имущественное право участника по отношению к обществу, которое объективируется через долю участника в уставном фонде общества. В состав указанное выше права (соответственно и доли) входят: право на часть прибыли общества; право на участие в управлении общества; право на получение части имущества общества при выходе из него; право на получение информации; право на часть имущества общества при его ликвидации. к оглавлению ↑

2. ПОРЯДОК ВЫПЛАТЫ ДОЛИ ВЫХОДЯЩЕМУ УЧАСТНИКУ ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ

2.1. Законодательное регулирование выхода участника общества с ограниченной ответственностью из общества

Участнику ООО законодательство предоставило право в любое время выйти из этого общества независимо от согласия других его участников. В этом случае участник ООО обязан письменно заявить этому обществу о выходе (ст.93 ГК и ст.103 Закона «О хозяйственных обществах»).
К моменту выхода участник ООО обязан исполнить обязательства, срок исполнения которых наступил. «Моментом выхода участника из ООО является дата подачи (поступления) в общество заявления о его выходе либо иная указанная им в заявлении дата выхода, но не ранее даты подачи (поступления) заявления» [31, С.74]. Участник ООО, подавший заявление о выходе из общества, до определения общим собранием участников ООО в соответствии с частью пятой настоящей статьи момента расчета с этим участником вправе письменно обратиться к обществу об отзыве указанного заявления. В этом случае участие в ООО участника, подавшего заявление о выходе из общества, возобновляется с даты принятия общим собранием участников этого общества решения о согласии на отзыв заявления о выходе участника из общества, которое принимается большинством голосов от общего количества голосов участников общества без учета голосов, принадлежащих участнику, подавшему заявление о выходе.
Исключение участника ООО осуществляется только в судебном порядке по требованию иных участников ООО, доли которых в совокупности составляют не менее десяти процентов уставного фонда этого общества, в случае, если такой участник грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) препятствует деятельности общества. Моментом исключения участника из ООО является дата вступления в законную силу решения суда о его исключении.
В случае выхода (исключения) участника ООО доля этого участника переходит к обществу, а вышедшему (исключенному) участнику выплачивается стоимость части имущества этого общества, соответствующая доле этого участника в уставном фонде, если иное не предусмотрено уставом ООО, а также часть прибыли, приходящаяся на его долю. По соглашению выходящего (исключаемого) участника с оставшимися участниками ООО выплата ему стоимости имущества может быть заменена выдачей имущества в натуре.
Причитающаяся выходящему (исключаемому) участнику часть имущества ООО или ее стоимость определяются, если иное не установлено Президентом Республики Беларусь, по балансу (книге учета доходов и расходов), составляемому на момент его выбытия, а причитающаяся ему часть прибыли – на момент расчета. Моментом расчета с выходящим (исключаемым) из ООО участником является дата выплаты этому участнику стоимости имущества или выдачи ему имущества в натуре, определенная решением общего собрания участников ООО. В этом случае решение общего собрания участников общества принимается большинством голосов всех участников без учета голосов, принадлежащих выходящему (исключаемому) участнику, если большее число голосов для принятия такого решения не предусмотрено уставом ООО.
Выплата стоимости имущества или выдача имущества в натуре выходящему (исключаемому) участнику ООО по окончании финансового года и после утверждения отчета за год, в котором он вышел (был исключен) из этого общества, в срок до двенадцати месяцев со дня подачи заявления о выходе или принятии решения об исключении, если иное не предусмотрено уставом ООО.
Стоимость имущества вышедшего (исключенного) участника общества выплачивается за счет разницы между стоимостью чистых активов этого общества и его уставным фондом. В случае, если такой разницы недостаточно для выплаты стоимости имущества вышедшему (исключенному) участнику ООО, общество обязано уменьшить свой уставный фонд на недостающую сумму.
В случае выхода (исключения) участника ООО, внесшего в уставный фонд право пользования имуществом в течение определенного срока, это имущество остается в пользовании общества в течение срока, на который оно было передано, если иное не предусмотрено уставом или решением общего собрания участников общества, принятым единогласно без учета голосов, принадлежащих выходящему (исключаемому) участнику.
Таким образом, за участником законодатель закрепил право в любое время выйти из этого общества независимо от согласия других его участников. При этом, на участника на выходящего участника возлагаются некоторые обязанности. Например, обязанность письменно заявить обществу о выходе, исполнить обязательства, срок исполнения которых наступил.

к оглавлению ↑

2.2. Вопросы расчетов (выплаты доли) выходящему участнику общества с ограниченной ответственностью

Анализ действующего законодательства показывает, что белорусский законодатель предоставляет свободу выбора участия либо неучастия в обществе соответствующему лицу, о чем свидетельствуют нормы содержащиеся в статьях 93 ГК и 103 Закона «О хозяйственных обществах».
Указанное обстоятельство говорит как о личной свободе всех участников имущественного оборота, которая предусматривает, что «иные лица не вправе навязывать свою волю свободному и самостоятельному участнику имущественного оборота» [26], так и о том, что «личность определенного участника, хотя при определенных обстоятельствах и может быть важна достаточно важна для соответствующего общества, однако общество не зависит от исключительно от конкретной личности, так как в отличие от договорного обязательства продолжает существовать и после того, как какое-то лицо покинуло состав его участников» [25, С.53-54].
Так как, законодатель определяет безусловность права выхода из общества, то в учредительных документах конкретного общества не может содержаться каких-либо ограничений на выход участника из общества.
Статьи 93 ГК и 103 Закона «О хозяйственных обществах» как для выходящего участника, так и для самого ООО, предусматривают определенные правовые последствия выхода участника из ООО.
Данные последствия в первую очередь касаются проведения расчетов между обществом и выходящим участником.
Как указывалось ранее в случае выхода (исключения) участника ООО доля этого участника переходит к обществу, а вышедшему (исключенному) участнику выплачивается стоимость части имущества этого общества, соответствующая доле этого участника в уставном фонде, если иное не предусмотрено уставом ООО, а также часть прибыли, приходящаяся на его долю. По соглашению выходящего (исключаемого) участника с оставшимися участниками ООО выплата ему стоимости имущества может быть заменена выдачей имущества в натуре.
Как видим, «законодатель, в качестве общего правила, предусматривает выплату стоимости доли выходящему участнику. В этом случае стоимость доли определяется из стоимости имущества общества, приходящегося на долю, а не исходя из номинальной стоимости» [23, С.61-62].
«У выходящего участника также имеется возможность получить при выходе не только стоимость имущества, приходящегося на его долю, в виде денежных средств, а и определенные вещи и иное имущество. При этом, решение вопроса о выдаче имущества в натуре целиком и полностью ложиться на общество и выходящего участника путем достижения соглашения между ними» [18, С.214].
Кроме того, «законодатель разрешает ООО предусмотреть в учредительных документах возможность осуществления выходящему участнику иной выплаты по сравнению с выплатой стоимости части имущества общества, соответствующей доле участника в уставном фонде ООО» [15, С.12].
Исходя из ранее изложенного, можно сделать вывод о том, что в уставе конкретного ООО может быть предусмотрена возможность выплаты выходящему участнику меньшей или большей суммы, чем стоимость его доли.
Причитающаяся выходящему (исключаемому) участнику часть имущества ООО или ее стоимость определяются, если иное не установлено Президентом Республики Беларусь, по балансу (книге учета доходов и расходов), составляемому на момент его выбытия, а причитающаяся ему часть прибыли – на момент расчета (ст. 103 Закона «О хозяйственных обществах»).
Следует отметить, что белорусский законодатель в указанном выше случае, «предусматривая определение стоимости доли по балансу, не разъясняет при этом, что он вкладывает в понятие «балансовой стоимости доли».
Указанное же понятие может трактоваться двояко: исключительно как стоимость активной части баланса, приходящегося на долю, либо как стоимость чистых активов ООО, приходящихся на соответствующую долю.
По мнению Я.И. Функа первый вариант несправедлив, так как «при достаточно высокой стоимости активов общества может возникнуть ситуация, когда обществу необходимо будет расплатиться как со своими кредиторами, так и с оставшимися участниками общества, если они также пожелают выйти. В этой ситуации, безусловно справедливой, как с обыденной, так и с правовой точки зрения является выплата выходящему участнику стоимости его доли, соответствующей стоимости чистых активов, приходящихся на долю. В этом случае интересы внешних кредиторов при выходе участника «не страдают», так как участник не может «забрать» больше имущества, чем свободно от претензий кредиторов» [33, С.329].
С точки зрения права не менее важным является вопрос о моменте расчета стоимостного выражения доли исходя из стоимости чистых активов, приходящихся на него. Как помним, момент расчета стоимости доли определяется моментом выхода участника из ООО, которым является дата подачи (поступления) в общество заявления о его выходе либо иная указанная им в заявлении дата выхода, но не ранее даты подачи (поступления) заявления.
Закрепление указанных норм законодательным путем представляется достаточно правильным, так как если момент расчета стоимости доли определить после подачи участником общества заявления, то это может повлечь за собой злоупотребления со стороны ООО. Например, общество может снизить стоимость чистых активов путем «специально образованных внешних заимствований», которые после расчета с вышедшим участником могут быть определенным образом прекращены не в ущерб интересам общества.
К определению момента расчета части прибыли, причитающейся участнику, применяется несколько иной подход. Причитающаяся участнику часть прибыли определяется моментом расчета с участником. А момент расчета представляет собой дату выплаты выходящему участнику стоимости имущества или выдачи имущества в натуре.
«Определение законодательно именно данного момента объясняется тем, что если зафиксировать стоимость доли именно датой подачи заявления о выходе, а реально выплатить ее в течение года с даты подачи заявления о выходе, то фактически на протяжении года ООО будет пользоваться денежными средствами выходящего участника, «а за это необходимо платить» (причем стоимость его доли от результата использования указанных денежных средств не изменяется не только в сторону уменьшения, но и в сторону увеличения). Как известно, на этой позиции стоит и гражданский законодатель Республики Беларусь: капитал приносит именно другой капитал, то есть в отношении таких капиталистических организаций, как общество с ограниченной ответственностью и общество с дополнительной ответственностью доход возникает именно благодаря использованию их имущества, а не благодаря работникам» [33, С.330].
Действующее белорусское законодательство предусматривает, что общество в любом случае должно произвести расчет с выходящим участником за использование, причитающихся ему денежных средств.
С учетом ранее изложенного можно говорить о возникновении следующей ситуации: лицо с момента подачи (поступления) заявления не считается участником общества, в связи с чем прекращается доля такого лица в уставном фонде ООО (как имущественное право), взамен вышедший участник приобретает имущественное право требовать от общества выплаты стоимости доли либо передачи ему имущества соразмерной стоимости. Данное право у вышедшего лица возникает по истечении установленного предельного срока для выплаты доли обществом.
По этой причине дальнейшие правоотношения, возникшие между вышедшим участником и обществом, можно определить как отношения между должником и кредитором. К данной ситуации применяются общие нормы гражданского права в части взыскания задолженности. Т.е., выбывший участник являющийся уже кредитором, вправе требовать защиты своих имущественных интересов в судебном порядке. Кроме того, как и любой иной кредитор выбывший участник приобретает право возбудить процедуру экономической несостоятельности (банкротства).
Законодательством установлено, что конкретная дата выплаты вышедшему участнику стоимости имущества или выдачи ему имущества в натуре, определяется решением общего собрания участников ООО по истечении финансового года.
Необходимость законодательного закрепления указанных норм обусловлено тем, «чтобы общество могло бы выполнить взятое на себя обязательство перед кредиторами исходя из полного состава имущества общества (так как общество заключало соответствующие договоры или совершало иные сделки исходя из определенного стоимостного и натурального выражения своего имущества и не предполагало, что данное имущество сократится)» [30, С.101]. При этом общество будет на себя брать обязательства на следующий год, уже зная о том, что его имущество будет меньше, чем в предыдущем году, а следовательно, будет реально представлять, в какие обязательства ему вступать, а от чего отказаться.
Анализируя статью 103 Закона «О хозяйственных обществах», можно говорить о том, что законодатель устанавливает, в некоторой степени, «правовые ограничители» с целью обеспечения защиты прав как общества, так и вышедшего участника. Можно выделить следующие «правовые ограничители»:
— расчет должен быть проведен по окончании финансового года, в котором участник вышел из общества (т.е., в новом финансовом году);
— расчет должен быть осуществлен после утверждения отчета за год, в котором было подано заявление участника (опять же в новом финансовом году);
— расчет должен быть произведен в срок до 12 месяцев со дня подачи заявления о выходе.
Как видно, первые два условия определены с целью защиты прав ООО, а третье – вышедшего участника.
На первый взгляд стремление законодателя защитить права как общества, так и участника, весьма «похвально».
Вместе с тем, одновременное выполнение перечисленных условий («правовых ограничителей») на практике в отношении конкретного общества будет, по мнению автора, проблематичным. Т.е., выполнение одного или двух условий, может влечь за собой нарушение иных условий.
Так, например, заявление о выходе подается участником 1 января 2011 года. Согласно законодательству расчет с вышедшим участником должен быть производен по окончании финансового года, т.е. после 31 декабря 2011 (первое условие), а также после утверждения общим собранием годового отчета. Общее же собрание участников общества будет проведено ближе к марту месяцу 2012, т.е. ко дню сдачи годового отчета, так как в первые дни января месяца 2012 года баланс и годовой отчет готовы еще не будут. Т.е., причитающиеся вышедшему участнику выплаты, будут произведены в конце марта либо в начале апреля 2012. Соблюдая, в данном случае, требование «первого» и «второго» условия ООО тем самым нарушает «третье» условие о сроке выплаты в течение 12 месяцев.
Между тем, как отмечалось ранее, вышедший участник приобрел в отношении общества права кредитора, в том числе и право требовать судебной защиты своих имущественных прав. Т.е., при наличии просрочки общества по произведению выплат вышедший участник вправе обратиться в суд с иском о взыскании задолженности, кроме того, в исковом заявлении бывший участник вправе потребовать и возмещения убытков, понесенных в связи с неосуществлением выплат.
Данная ситуация, не согласуется с экономическими интересами общества. Выходом из нее может послужить правовое несовершенство той же статьи 103 Закона «О хозяйственных обществах», которая говорит о том, что выплаты стоимости имущества или выдача имущества в натуре выходящему участнику ООО производятся по окончании финансового года и после утверждения отчета за год, но не позднее 12-ти месячного срока, если иное не предусмотрено уставом ООО.
Исходя из буквального толкования статьи 103 можно сделать следующий вывод:
ООО в своем уставе может предусмотреть иные, отличные от Закона «О хозяйственных обществах», условия выплаты стоимости имущества или выдачи имущества в натуре. Например, предусмотреть, что расчеты с вышедшим участником производятся через пять, десять лет, либо до истечения финансового года и утверждения отчета и т.д.
Определяя источники выплат вышедшему участнику, отечественный законодатель одновременно затрагивает и вопросы связанные с уставным фондом.
Стоимость имущества вышедшего (исключенного) участника общества выплачивается за счет разницы между стоимостью чистых активов этого общества и его уставным фондом. В случае, если такой разницы недостаточно для выплаты стоимости имущества вышедшему (исключенному) участнику ООО, общество обязано уменьшить свой уставный фонд на недостающую сумму (ч. 7 ст. Закона «О хозяйственных обществах»).
В этом вопросе автор разделяет точку зрения Я.И. Функа, который полагает, что «источником стоимости доли является имущество общества. При этом в качестве общего правила уставной фонд, а точнее его величина, к указанному процессу отношения не имеет, так как выплата выходящему участнику стоимости его доли осуществляется за счет активов общества (его имущества), а уставной фонд по бухгалтерскому учету относится к пассивам общества. Таким образом, формально, да и фактически, выплата выходящему участнику стоимости его доли напрямую связана с размером уставного фонда. Уставной фонд только исходя из факта выхода соответствующего участника уменьшению не подлежит. При этом фактически (хотя это полностью вытекает из сути ст.103 Закона) доля выходящего на какой-то момент времени переходит к обществу, которое ее тут же распределяет между оставшимися участниками. Тем самым в связи с выходом участника уставной фонд общества не изменяется, а происходит лишь перенаправление долей в уставном фонде. Тем самым в связи с выходом участника запрещено диспропорциональное распределение его доли между остальными участниками. Переход к одному или нескольким из оставшихся участников дополнительно какой-либо части доли должен осуществляться в общеустановленном порядке: на основе договора купли-продажи, мены, дарения и т.д. При этом указанный процесс должен происходить после того, как общество зафиксирует новое соотношение долей между оставшимися участниками в связи с выходом соответствующего участника» [33, С.341].
Хронологически общество вначале получает право на долю, и лишь затем рассчитывается за это право, но это не меняет суть рассматриваемых отношений, так как чтобы определенное имущественное право перешло от одного лица к другому лишь после расчета за это право, необходимо особое указание в договоре или законодательстве, а оно в рассматриваемом случае отсутствует.
Следовательно, перед нами отношения дарения и, безусловно, опять возникает проблема, связанная с тем, что отношения дарения между коммерческими организациями запрещены.
Учитывая то, что общество является коммерческой организацией и среди его участников также могут быть коммерческие организации, возникает конфликт между положениями Закона «О хозяйственных обществах» и ГК, который, по мнению автора, все-таки должен решаться в пользу Закона «О хозяйственных обществах». Однако указанный Закон по своей юридической силе не выше ГК, как раз наоборот, но если не допустить распределения доли общества (имеется в виду доли вышедшего участника), в том числе и между оставшимися участниками — коммерческими организациями, то в этой ситуации «будет не соблюдена природа отношений», то есть иные участники общества получат большую долю в обществе безо всяких на то оснований (если доли вышедшего участника распределять только между ними), а в некоторых обществах, участниками которых являются лишь коммерческие организации, возникнет и вовсе нелепая ситуация, например, если в рассмотренном нами выше случае два оставшихся участника являются именно коммерческими организациями, то если не допустить распределения между ними доли в уставном фонде вышедшего участника и при этом никак не определиться с судьбой указанной доли, то уставный фонд соответствующего общества будет равен 60 %, что не соответствует ни столько праву, сколько «математике и логике», в силу которых целое всегда должно быть равно единице (то есть 100 %), а не части (60 %).
Кроме того, указывая на дарение обществом доли вышедшего участника оставшимся участникам и видя, что эта доля имеет определенное стоимостное выражение, представленное прежде всего номинальным вкладом в уставной фонд, в силу чего стоимость доли в уставном фонде, принадлежащая оставшемуся участнику, по номиналу увеличивается, необходимо обратить внимание и на то, что стоимость чистых активов общества, приходящихся на долю соответствующего оставшегося в обществе участника, остается неизменной. В рассмотренном нами примере доля каждого из двух оставшихся участников увеличивается с 30 % до 50 % в уставном фонде размером, например, 10 млн. белорусских рублей в стоимостном выражении, с 3 до 5 млн. белорусских рублей. Однако стоимость чистых активов общества, которые в определенном смысле и отражают, по мнению законодателя, действительную стоимость имущества общества (хотя мы и не солидарны с данным взглядом), приходящуюся на 50 % доли в уставном фонде, в рамках «новой имущественной конфигурации» будет равна стоимости чистых активов, которые приходились раньше на долю в 30 %. Следовательно, с указанных позиций никакого изменения не произошло, поэтому можно поставить под сомнение сам факт наличия дарения со стороны общества в пользу участника. Однако указанное сомнение, по мнению автора, должно «растворяться» в силу того, что стоимость чистых активов, приходящихся на долю, еще не отражает существа имущественного права, которое и составляет определенную долю. Данное имущественное право, прежде всего, характеризует право на часть прибыли (дивиденд) и право на часть имущества общества, оставшегося после расчета с кредиторами при ликвидации общества. Причем первое право, безусловно, возрастает в объеме, хотя может и не быть реали-зованным через абсолютную цифру. Кроме того, возрастает и номинальное выражение доли. При этом стоимость чистых активов общества может не отражать реальной стоимости общества. И наконец, в рассмотренном нами примере доля в 50 % уставного фонда, безусловно, дает больше возможностей, связанных с контролем участника над обществом и с распределением доходов от деятельности общества. Следовательно, она с любых позиций более привлекательна, чем доля в 30 %, которая, если не блокироваться с иным участником, практически ничего не дает ее обладателю при определении судьбы общества. Исходя из изложенного, автор остается на своей позиции, связанной с тем, что при выходе участника фактически происходит дарение со стороны общества доли выходящего участника остальным его участникам.
При этом автор основывается на том, что в силу природы института выхода участника из состава ООО в белорусской правовой системе положениями ГК Республики Беларусь о запрете отношений дарения между коммерческими организациями в рассматриваемом случае можно пренебречь.
Правда, из этого конфликта возможен еще один выход, связанный с тем, что, признав общество лицом, приобретшим долю вышедшего участника, можно применить к рассматриваемым отношениям ст. 100 Закона Республики Беларусь «О хозяйственных обществах», в силу которой общество в течение одного года со дня приобретения им доли своего участника в уставном фонде общества может не только распределить эту долю между всеми участниками общества пропорционально их долям в уставном фонде, но и продать ее, осуществив преимущественное право приобретения доли в уставном фонде общества в порядке, установленном ст. 98 Закона Республики Беларусь «О хозяйственных обществах».
И, несмотря на то, что последний вариант кажется логичным и даже в определенных случаях более законным, чем первоначально изложенный, по мнению автора, он все-таки не должен применяться, так как произойдет смешение между институтом продажи участником своей доли в уставном фонде и институтом выхода участника из состава общества. По своим экономическим целям и даже экономическим последствиям (правда, лишь в определенных случаях) оба института могут быть сходны, однако белорусский законодатель описывает рассматриваемые экономические явления именно с точки зрения двух правовых институтов, а не одного, следовательно, он видит между ними определенные отличия. Значит, если он напрямую не предусмотрел возможности при выходе из общества участника, чтобы общество осуществило продажу указанной доли, то, безусловно, такая продажа напрямую не возможна, поэтому возвращаемся к тезису о том, что должно произойти именно распределение доли вышедшего участника между оставшимися участниками. Однако уставный фонд конкретного общества не может быть менее единицы, то есть не может быть представлен частью, а значит, оставшиеся участники должны дополучить определенный процент доли вышедшего участника. И по мнению автора, более целесообразным и более близким к пониманию Закона Республики Беларусь «О хозяйственных обществах» будет распределение соответствующей доли между оставшимися участниками безвозмездно.
Правда, еще более верный вариант мог быть в той ситуации, если бы законодатель предусмотрел в связи с выходом соответствующего участника уменьшение размера уставного фонда общества на номинал его доли. В этом случае оставшиеся участники все равно увеличили бы размер своей доли на размер доли вышедшего участника, однако стоимостное выражение принадлежащей им доли никак не изменилось бы. Так, в рассмотренном ранее примере, если стоимость уставного фонда общества равна 10 млн. белорусских рублей, то при выходе участника, которому принадлежит доля в размере 40 %, доли остальных двух участников все равно бы увеличились с 30 до 50 %, однако стоимостное выражение их новой доли оставалось бы равным стоимостному выражению их прежней доли: 30 % уставного фонда по номиналу были равны 3 млн. белорусских рублей и 50 % уставного фонда по номиналу также будут равны 3 млн. белорусских рублей. Если бы размер уставного фонда в такой ситуации в связи с выходом участника (имеется в виду его номинал) уменьшался до величины меньшей, чем минимальный размер уставного фонда, то оставшиеся участники должны были бы одновременно с уменьшением уставного фонда в связи с выходом участника увеличить его как минимум до минимально необходимой величины за счет своих личных взносов. Однако указанный вариант в действующем белорусском праве не предусмотрен, а значит, по нашему мнению, вернуться необходимо именно к варианту распределения доли в уставном фронде вышедшего участника между оставшимися участниками.
В части восьмой ст. 103 Закона «О хозяйственных обществах» рас-сматривается ситуация, когда вклад в уставный фонд вышедшего участника был частично или полностью сформирован за счет передачи им обществу права пользования определенным имуществом в течение определенного срока.
При этом, если срок пользования соответствующим имуществом не истек, то указанное имущество по общему правилу остается в пользовании общества в течение того срока, на который оно было передано обществу.
Однако, имеются исключения из общего правила, связанные с тем, что иное, то есть возврат вышедшему участнику его имущества, может быть предусмотрено либо учредительными документами общества, либо решением его общего собрания, принятым единогласно без учета голосов, принадлежащих выходящему участнику.
«С точки зрения правовой природы отношения по внесению вклада в виде передачи обществу права пользования соответствующим имуществом означают заключение между участником и обществом договора имущественного найма (иначе договора аренды), в рамках которого в качестве арендной платы и выступает имущественное право, оформляемое в виде доли участника (доли в уставном фонде общества). Если участник получил за право пользования имуществом имущественное право (долю в полном объеме), иначе говоря, арендная плата была выплачена сполна заранее, то общество должно иметь право пользоваться соответствующим имуществом в течение всего срока, определенного учредительными документами (определенного в договоре). При этом нет никаких оснований для досрочного расторжения такого договора (для одностороннего изъятия участником своего имущества). Следовательно, по общему правилу выбывший участник может забрать у общества свое имущество лишь по истечении срока имущественного найма (срока аренды). Причем на указанный срок, естественно, не оказывает никакого влияния то обстоятельство, что лицо прекратило свое участие в соответствующем обществе, так как перед нами две абсолютно разных правовых связи (два абсолютно разных правоотношения), хотя и с одними и теми же участниками, а значит, отношения найма не должны прекращаться (или изменяться) в связи с тем, что прекратились отношения участия.
Однако, учитывая, что несмотря на самостоятельность данных отношений, они все-таки в своем изначальном виде «выходят из одной первоосновы» (порождены именно участием соответствующего лица в обществе), то законодатель и допустил возможность изъятия из общего правила: прекращение отношений имущественного найма в связи с прекращением отношений участия. Другими словами, участник может «забрать» у общества переданное ему в пользование имущество, но лишь при условии если изначально в учредительных документах была предусмотрена такая возможность. При этом указанная возможность может появиться в учредительных документах не только в момент непосредственного учреждения общества, когда за соответствующее положение все учредители должны проголосовать единогласно (то есть все должны согласиться, что в случае выхода участника из общества определенным образом интересы общества могут быть ущемлены тем, что участник прекратит раньше срока возможность общества пользоваться определенным имуществом), но и в период деятельности общества, когда положения устава общества могут быть по общему правилу изменены большинством в две трети голосов участников общества, а в силу этого возможно злоупотребление со стороны лица или лиц, обладающих двумя третями голосов участников, внесших указанный вид вклада и собирающихся выйти из общества.
Указанное выше положение законодателя кажется не совсем логичным, тем более учитывая, что он дает возможность обществу в лице его общего собрания прекратить использование обществом имущества, но лишь в случае если за это проголосовали все без исключения участники общества (при этом лицо или лица, которые вышли из состава общества, естественно, в голосовании участия не принимают, так как они уже не являются участниками общества).
Однако законодатель видит два пути изъятия из общего правила, поэтому они оба рассматриваются как законные (правда, в ситуации, когда учредительные документы определенного общества будут изменены необходимым образом именно по воле соответствующего участника, который затем выходит из состава участников общества, подобное изменение можно попытаться признать недействительным, базируясь на ст. 9 ГК Республики Беларусь — исходя из злоупотребления определенным участни-ком своим правом)» [33, С.342].
Рассматривая изъятия из общего правила, нельзя не указать на то, что, по нашему мнению, самая большая проблема в этом случае связана с возможным признанием невнесения соответствующим участником своего вклада в уставный фонд в ситуации, когда общество не использовало переданное ему имущество в течение срока пользования. По мнению автора, с доктринальных позиций можно стать и на подобную точку зрения, однако ее реализация приведет к тому, что соответствующее общество можно будет ликвидировать, так как оно в таком случае несвоевременно сформировало свой уставный фонд (это тем более актуально в связи с тем, что белорусское законодательство содержит прямое указание на такое основание ликвидации юридического лица, как несформирование его уставного фонда в минимальном размере в установленные законодательством сроки). Исходя из изложенного, по мнению автора, если законодатель разрешает указанный выше вид вклада в уставный фонд общества и при этом не связывает его внесение с каким-то особым порядком формирования уставного фонда по срокам (а имущество может передаваться обществу в пользование и, например, сроком на 5 лет, а по общему правилу уставный фонд общества должен быть сформирован до истечения года с момента его государственной регистрации), то, по мнению автора, нельзя признать невнесенным полностью вклад соответствующего участника и уж тем более должна быть исключена подобная ситуация из оснований ликвидации общества.
При этом необходимо обратить внимание и на конструкцию части восьмой ст. 103 Закона «О хозяйственных обществах», в которой указывается, что иное по сравнению с сохранением имущества в пользовании общества в течение срока, на которое оно было передано, может быть предусмотрено учредительными документами общества или решением общего собрания. Причем законодатель не указывает, что он понимает «под иным», а следовательно, можно предположить, что в учредительных документах общества или в решении его общего собрания может предусматриваться, что вышедший участник может получить свое имущество раньше срока, на который оно передано обществу, однако при этом одновременно уменьшается та часть имущества, на которую он вправе претендовать при выходе из общества.
В связи с этим еще раз подчеркнем, что, по мнению автора, признавать в создавшейся ситуации невнесенным полностью вклад нельзя, а значит, нельзя будет признать и то, что у соответствующего участника, выходящего из общества, доля в уставном фонде меньше того размера, который отражен в учредительных документах.
Однако, наверное, можно предусмотреть в учредительных документах общества, что указанному лицу при его выходе выплачивается лишь так называемая оплаченная часть его доли, то есть он имеет право получить стоимость чистых активов общества, приходящихся именно на ту части доли, которая была «покрыта» сроком пользования имуществом, умноженным на соответствующую ставку арендной платы. Тем самым общество выплачивает участнику лишь то, что реально принесло определенные плоды и доходы обществу, так как в связи с тем, что общество не пользуется определенным имуществом в течение определенного срока, участник не имеет права при выходе претендовать на то, что его вклад «не заработал».
Рассматривая указанное выше положение, необходимо отметить, что, по мнению автора, такой подход может содержаться лишь в учредительных документах общества и его нельзя будет реализовать в рамках решения общего собрания участников, так как в первом случае речь можно вести о том, что обе стороны обязательства — и общество и его участник — согласятся с подобной оценкой доли участника и это является их сознательным выбором. Во втором случае это будет одностороннее изменение обязательства со стороны общества без учета мнения второй стороны обязательства — вышедшего участника, так как он в общем собрании не может принять участия.
Правда, в связи с тем, что учредительные документы общества, точнее его устав, могут быть изменены по общему правилу и двумя третями голосов участников, возможна ситуация, когда выходящий участник будет голосовать против соответствующего изменения устава или не будет участвовать в определенном голосовании, в рамках которого именно ему в связи с выходом будет уменьшена доля, а следовательно, не будет согласования воль сторон обязательства на выплату меньшей стоимости (не-смотря на то, что изначально доля соответствующего лица будет учитывать и ту стоимость арендной платы, когда общество не пользовалось определенным имуществом).
Исходя из изложенного, можно констатировать определенную проблематичность предполагаемого автором варианта. Возможность его применения будет зависеть либо от прямого изменения законодательства, которое разъяснит, какие варианты «иного подхода» имел в виду законодатель при описании рассматриваемого явления, либо от наличия устойчивой судебной практики, которая позволит определенным обществам с ограниченной ответственностью (обществам с дополнительной ответственностью) предусматривать в своих учредительных документах возможность выплаты вышедшему участнику лишь той части его доли, которая «оплачена арендной платой за период пользования обществом соответствующим имуществом».
«Достаточно значимой и вызывающей определенные трудности категорией дел, рассматриваемых Хозяйственным судом г. Минска, являются споры, связанные с применением условий учредительства юридических лиц, в основном, обществ с ограниченной (дополнительной) ответственностью и акционерных обществ.
В последнее время наибольший удельный вес составляли споры: 1. о признании недействительным решения органа юридического лица (общего собрания) об исключении гражданина из числа учредителей (участников) коммерческой организации; 2. о понуждении к принятию мер по внесению соответствующих изменений в учредительные документы и их государственной регистрации.
Ряд рассмотренных дел касался взыскания стоимости доли в уставном фонде, реализации участниками преимущественного права покупки долей (акций), расторжения учредительного договора, наследования долей в уставном фонде.
Рассмотренные судом дела показывают, что участники обществ с ограниченной (дополнительной) ответственностью не всегда ясно представляют себе, каким способом прекратить свое участие в них, какие правовые последствия для них повлечет избранный ими порядок.
«З» обратился с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Э» о взыскании 18 774 927руб. задолженности по выплате причитающейся части чистой прибыли за период 2004 г. и процентов за просрочку выплаты.
Ответчик иск не признал. Согласно уставу ООО «Э» уставный фонд общества составил 4 700 000 руб. Доля каждого участника — 20% , что составляет 940 000 руб.
Между «З» и четырьмя другими участниками общества 25 мая 2004 г. был заключен и нотариально удостоверен договор, в соответствии с которым «З» продал покупателям принадлежащую ему долю в уставном фонде общества по 5% каждому. Доля продана за 940 000 руб.
Как установил суд, в тот же день, но после подписания договора «З» подал заявление о выводе его из состава учредителей ООО «Э» на основании указанного договора купли-продажи доли. Во второй половине дня состоялось собрание участников ООО «Э», на котором были рассмотрены вопросы выхода «З», приобретении принадлежащей ему доли в уставном фонде, перераспределении долей между оставшимися участниками и выплате части прибыли «З».
Было решено вывести «З» из состава участников общества, приобрести оставшимися участниками его долю и выплатить часть прибыли за 2004 г. — 13 496 153 руб.
«З» получил от участников — покупателей его доли 940 000 руб.
Суд отказал в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям. В соответствии со ст. 93 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее — ГК) участник общества с ограниченной ответственностью вправе в любое время выйти из общества независимо от согласия других его участников. Часть 2 ст. 64 ГК устанавливает, что в случае выхода участника хозяйственного общества из состава участников ему выплачивается стоимость части имущества общества, соответствующая доле этого участника в уставном фонде, а также часть прибыли, приходящаяся на его долю. Таким образом, право требования части прибыли за 2004 г. ГК связывает с выходом участника из общества.
Решение собрания участников ООО «Э» от 25 мая 2004 г. о выплате истцу части прибыли за 2004 г. суд не принял в качестве основания для возникновения права требования, т.к. решение не соответствовало положениям ч.2 ст. 64 ГК. Оно могло быть принято в отношении вышедшего участника, а не продавшего свою долю. На данных основаниях, поскольку «З» продал свою долю в обществе, у него нет права требования, основанного на положениях законодательства о выходе участника из состава общества, и его требования в части взыскания дивидендов за 2004 г. неправомерны.
Суд, принимая решение об отказе, исходил из того, что истец осуществил продажу (уступку) своей доли в уставном фонде, а не вышел из состава участников.
Решение суда первой инстанции не обжаловалось.
Данная ситуация представляет интерес и требует более пристального внимания, поскольку на практике возможны случаи продажи участниками долей другим участникам по «заниженной» цене, сформированной с учетом (с гарантией) сохранения у продавца права на получение кроме стоимости доли также части прибыли. Участники общества — покупатели не всегда могут предложить продавцу устраивающую его цену, которую он назначает с учетом фактора прибыльности предприятия.
Предметом иска ОАО «К» к ООО «Т» явилось требование понудить общество совершить все необходимые действия по государственной регистрации изменений в составе участников в связи с выходом ОАО «К» из состава его участников.
Согласно учредительным документам ООО «Т» его участниками являлись ОАО «К» с долей 70 % уставного фонда и гражданин Д. с долей 30 %.
В ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции было установлено, что в производстве хозяйственного суда имелось дело по иску к ООО «Т» другого участника общества — гражданина Д. с аналогичным требованием о понуждении общества к совершению действий по государственной регистрации фактически осуществленных изменений состава участников общества в связи с выходом гражданина Д. из состава участников.
В соответствии с п. 21 постановления Пленума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 19.05.2005 № 19 «Об отдельных вопросах практики рассмотрения споров, связанных с применением условий учредительства юридических лиц и законодательства о хозяйственных обществах» выход из состава участников общества не связывается ни с решением собрания, ни с внесением изменений в учредительные документы. В связи с этим моментом выхода участника из состава участников общества является дата подачи заявления о выходе.
Как выяснилось в ходе судебного разбирательства, оба участника ООО «Т» практически одновременно заявили о своем выходе из состава участников, а директор общества снял с себя полномочия. Таким образом, возникла ситуация, когда общество фактически лишилось исполнительного органа, а оба его участника вышли из состава участников общества с даты подачи своих заявлений.
Пунктом 11.1 учредительного договора ООО «Т» было установлено, что договор прекращается, если в обществе остается менее двух участников. Из п. 12.6 устава общества следовало, что внесение в устав изменений и дополнений, принятие решений о реорганизации или ликвидации общества относится к компетенции собрания участников общества. Согласно п. 3 ст. 90 ГК вышеуказанные вопросы находятся в исключительной компетенции общего собрания участников общества и не могут быть переданы им на разрешение исполнительного органа общества.
В сложившихся обстоятельствах понуждение юридического лица к совершению действий по государственной регистрации изменений в учредительных документах было признано апелляционной инстанцией невозможным. Как указал суд, заявления о выходе участников из состава общества не могут быть рассмотрены на собрании участников, поскольку все участники вышли из общества. Изменения в учредительные документы без принятия соответствующих изменений решением общего собрания участников не внесены и не могут быть внесены. Кроме того, в связи с прекращением действия отсутствует учредительный договор, который является обязательным документом для регистрации общества с ограниченной ответственностью. Что касается полномочного исполнительного органа юридического лица (директора) для осуществления действий по регистрации, то он не может быть назначен вследствие устранения участников от участия в обществе.
Решение суда первой инстанции об удовлетворении исковых требований о понуждении общества к совершению действий по государственной регистрации фактически осуществленных изменений состава участников общества было отменено апелляционной инстанцией, в удовлетворении иска отказано. Постановлением Кассационной коллегии Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь постановление апелляционной инстанции оставлено в силе» [22, С.36-43].
Таким образом, отечественное законодательство предоставляет свободу выбора участия либо неучастия в обществе соответствующему лицу, о чем свидетельствуют соответствующие нормы ГК и Закона «О хозяйственных обществах». Указанное обстоятельство говорит о личной свободе всех участников имущественного оборота, которая предусматривает, что иные лица не вправе навязывать свою волю свободному и самостоятельному участнику имущественного оборота. В случае выхода (исключения) участника ООО доля этого участника переходит к обществу, а вышедшему (исключенному) участнику выплачивается стоимость части имущества этого общества, соответствующая доле этого участника в уставном фонде, если иное не предусмотрено уставом ООО, а также часть прибыли, приходящаяся на его долю. По соглашению выходящего (исключаемого) участника с оставшимися участниками ООО выплата ему стоимости имущества может быть заменена выдачей имущества в натуре.

к оглавлению ↑

3. ПОРЯДОК РАСЧЕТОВ С НАСЛЕДНИКАМИ УМЕРШЕГО УЧАСТНИКА ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ

3.1. Общие вопросы наследования доли участника общества с ограниченной ответственностью

Согласно п. 6 ст. 92 ГК и части первой ст. 102 Закона «О хозяйственных обществах» доля в уставном фонде общества с ограниченной ответственностью (общества с дополнительной ответственностью) переходит к наследникам граждан — участников общества и правопреемникам юридических лиц — участников общества, если учредительными документами общества не предусмотрено, что указанный переход допускается только с согласия остальных участников общества.
Таким образом, в силу белорусского законодательства в качестве общего правила предусматривается автоматический переход доли от умершего гражданина к его наследникам.
При этом в учредительных документах общества возможно отступление от общего правила, в рамках которого на указанный переход необходимо будет в обязательном порядке получить согласие остальных участников общества.
«Тем самым белорусский законодатель отдает решение вопроса о «беспрепятственном» вступлении в общество наследника умершего участника исключительно на усмотрение участников. При создании общества либо впоследствии они могут установить в учредительных документах «препятствия» для вхождения указанной категории лиц в состав участников общества. Однако участники вправе в учредительных документах не устанавливать такого «барьера» и в случае смерти участника его наследники беспрепятственно станут участниками общества» [17, С.143].
«Белорусский законодатель подчеркивает, что описанное ограничение должно в обязательном порядке содержаться в уставе и (или) учредительном договоре общества и при этом в указанных документах можно установить лишь поименованное ограничение и никакое другое» [15, С.23]. Например, устав или учредительный договор общества не может предусматривать, что переход доли от умершего участника или реорганизованного юридического лица соответственно к наследникам или правопреемникам возможен при наличии согласия общества.
Таким образом, белорусское законодательство предусмотрело безусловный переход доли от умершего гражданина к его наследникам. Вместе с тем обществу предоставлено право в своих учредительных документах предусмотреть условие о необходимости получения согласия остальных участников общества на такой переход. Проблемные вопросы, связанные с получением согласия на переход доли, вступлением наследника в общество и порядком расчетов с наследниками будут рассмотрены далее.

к оглавлению ↑

3.2. Проблемные вопросы расчетов с наследниками умершего участника общества с ограниченной ответственностью

Ключевым моментом при наследовании доли в уставном фонде общества является получение согласия остальных участников общества.
При этом порядок получения согласия остальных участников общества в ГК не урегулирован. Вместе с тем, частью первой ст. 102 Закона «О хозяйственных обществах» предусматривается, что согласие участников считается полученным, если в течение срока, установленного учредительными документами общества с ограниченной ответственностью (общества с дополнительной ответственностью):
• либо получено письменное согласие всех оставшихся участников;
• либо не получено письменного отказа ни от одного из оставшихся участников;
• либо от части участников получено письменное согласие на подобный переход, а от другой — не получено письменного отказа от такого перехода (при этом в рамках и данного варианта наблюдается волеизъявление всех оставшихся участников общества).
По мнению автора, для получения согласия в течение срока на ответ необходимо, чтобы либо каждый из участников согласился на рассматриваемый переход доли, либо все участники «промолчали», или, как говорит законодатель, не было получено письменного отказа ни от одного из участников. Причем несмотря на то что законодатель употребил союз «или», «он не собирался противопоставлять эти способы получения согласия, а значит, нет необходимости, чтобы либо все 100 % участников «активно» ответили «да», либо все 100 % участников «промолчали», а вполне возможна и третья ситуация, когда часть участников ответит «да», а часть — «промолчит», и такой третий способ получения согласия также полностью соответствует смыслу рассматриваемого Закона» [15, С.12].
Таким образом, белорусский законодатель и применительно к данным отношениям, как и к вопросу дачи согласия на отчуждение доли иным образом, чем продажа, предусматривает, что «молчание» рассматривается как согласие.
«Участник, который не согласен с вхождением в состав общества соответствующего наследника или правопреемника, должен в обязательном порядке «активно волеизъявиться», то есть направить обществу свое несогласие с включением в состав его участников определенного лица» [12, С.20].
Причем отказ от включения в состав участников общества с ограниченной ответственностью наследника может произойти и в той ситуации, когда участники, обладающие, например, долей в уставном фонде в размере 99,99 % (без учета наследуемой доли и (или) доли, переходящей к правопреемнику), могут согласиться на включение в состав общества соот-ветствующих наследников или правопреемников, а участник, которому принадлежит 0,01 % доли в уставном фонде, отказал во включении данных лиц в состав общества и указанные лица не смогут стать участниками общества (причем голос последнего участника может практически не влиять на основные вопросы жизнедеятельности общества, а в рассматриваемом случае не учитывать его голос нельзя).
При этом белорусский законодатель не регламентирует процедуру направления уведомления участникам общества о получении их согласия на включение в состав общества наследников или правопреемников участника. Неясно, кто должен направлять уведомление остальным участникам, когда и в каком порядке.
Данный вопрос, по мнению автора, должен найти свое отражение в учредительных документах общества.
Причем испрашивание согласия остальных участников общества на включение в состав участников общества наследников должно происходить лишь после того, как наследники или правопреемники представят обществу правоустанавливающие документы, подтверждающие их права на долю. Применительно к наследникам в качестве правоустанавливающего документа рассматривается свидетельство о наследстве.
Представляется, что именно наследник должен уведомить общество о наличии у него права на долю участия. Учитывая, что в законодательстве нет четких сроков, когда общество должно отреагировать на направленное ему заявление указанных лиц, на наш взгляд, в учредительных документах конкретного общества может быть предусмотрен любой более или менее объективный срок «реагирования» на такое заявление. В случае если учредительные документы общества не будут регламентировать данный вопрос, то может быть создана почва для злоупотребления, а кроме того, такое положение будет представлять собой нарушение законодательства Республики Беларусь.
Именно от учредительных документов общества зависит тот срок, в течение которого участники должны дать согласие (или отказать в таком согласии) на вступление в общество наследников граждан и правопреемников юридических лиц.
В этой связи если общество (а точнее, участники, которые его контролируют) считает необходимым облегчить процедуру получения согласия на вступление в общество наследников и правопреемников, то срок на дачу согласия (а точнее, на предоставление несогласия) должен быть минимальным, чтобы у участника не было «много времени на раздумье». В ситуации, когда общество считает необходимым усложнить процедуру принятия в общество наследников или правопреемников участника, срок на направление уведомления о согласии либо несогласии на совершение указанного действия должен быть удлинен.
Рассматривая указанный способ изменения состава участников общества, необходимо отметить, что применительно к ООО п. 2 ст. 1088 ГК предусматривает, что в состав наследства участника такого общества входит именно доля этого участника в уставном фонде общества, если учредительными документами общества не определено, что такой переход доли к наследникам допускается только с согласия остальных участников общества. В этом случае речь необходимо вести не о наследовании доли в уставном фонде, а лишь о ее стоимостном выражении.
«Возможность иных участников общества отказать наследнику во вступлении его в общество объясняется тем, что общество по своей природе является юридическим лицом с незначительными элементами товарищеских отношений, в рамках которых личность участника, а не только его капитал, важна в связи с объединением нескольких лиц. Следовательно, иным участникам не все равно, кто участвует вместе с ними в обществе» [33, С.297].
По мнению автора, ООО все-таки в большей степени капиталистическая организация, практически не зависящая от личности участника, в силу чего возможность наличия в учредительных документах запрета на вступление наследника в данное общество по причине отказа иных участников представляется излишним.
При возможности иных участников отказать наследнику во вступлении в общество с ограниченной ответственностью наследник в силу п. 6 ст. 92 ГК Республики Беларусь и п. 2 ст. 1088 ГК не вправе, если он принимает наслед-ство, вместо вступления в общество потребовать выплаты ему стоимостного выражения доли либо выдачи ее в натуре. Иначе говоря, он обязан вступить в общество и в случае нежелания участвовать в нем выйти из него лишь в общеустановленном порядке.
Согласно п. 6 ст. 92 и п. 2 ст. 1088 ГК отказ в согласии на переход доли влечет обязанность общества выплатить наследникам участника ее действительную стоимость или выдать им в натуре имущество на такую стоимость в порядке и на условиях, предусмотренных законодательством об обществах с ограниченной ответственностью и учредительными документами общества.
В соответствии с частью третьей ст. 102 Закона «О хозяйственных обществах» действительная стоимость доли в уставном фонде общества с ограниченной ответственностью определяется по балансу, составленному на момент открытия наследства.
При этом законодатель в рассматриваемой норме не ответил однозначно на вопрос: при определении действительной стоимости доли по балансу необходимо вести речь при совершении указанного действия лишь об активной части баланса либо законодатель имеет в виду стоимость чистых активов общества, приходящихся на долю.
В силу ст. 1035 ГК моментом (временем) открытия наследства является день смерти гражданина, а при объявлении его умершим — день вступления в законную силу решения суда об объявлении его умершим, однако в случае объявления умершим гражданина, пропавшего без вести при обстоятельствах, угрожающих смертью или дающих основание предполагать его гибель от определенного несчастного случая, суд может признать днем смерти такого гражданина день его предполагаемой гибели (п. 3 ст. 41 ГК).
Пункт 14 постановления Пленума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 19 мая 2005 г. № 19 разъясняет, что «при определении действительной стоимости доли участника ООО и ОДО и части причитающейся ему прибыли хозяйственным судам необходимо учитывать, что: действительная стоимость доли участника общества должна со-ответствовать части стоимости чистых активов общества (разницы между стоимостью активов и долгами), определяемой в порядке, установленном законодательством, пропорциональной размеру доли участника в уставном фонде общества». При этом«выбывшему (исключенному) участнику общества, который не полностью внес свой вклад в уставный фонд общества, выплачивается действительная стоимость доли пропорционально оп-лаченной (внесенной) части вклада». Кроме того, «хозяйственный суд, установив на основании совокупных данных баланса, что на момент выхода (исключения) истца из общества сумма долговых обязательств и заемных средств превышает сумму собственных средств общества, отказывает в удовлетворении исковых требований в связи с отсутствием у общества имущества, подлежащего разделу (чистых активов)»[ 9].
При этом данное постановление, несмотря на то что оно было принято в момент действия первоначальной редакции Закона Республики Беларусь «Об акционерных обществах, обществах с ограниченной ответственностью и обществах с дополнительной ответственностью», в настоящее время не изменено и действует в приведенной выше редакции.
Исходя из изложенного, автор все-таки считает, что, скорее всего, действительная стоимость доли в уставном фонде общества с ограниченной ответственностью будет определяться исходя из стоимости чистых активов, приходящихся на долю.
Данный взгляд объясняется тем, что в последнем случае интересы оставшихся участников будут ущемлены, так как общество может иметь «гигантские активы» и при этом еще большие задолженности по своим обязательствам, в связи с чем реальная стоимость доли будет невелика, а наследнику или правопреемнику участников необходимо будет выплатить значительные суммы.
Если же действительная стоимость доли определяется исходя из стоимости чистых активов, приходящихся на долю соответствующего участника, то стоимость активов уменьшается на соответствующую стоимость задолженности и реально видно имущественное состояние общества и соответственно стоимостное выражение доли участия.
Возвращаясь к существу отношений с участием наследника участника общества в той ситуации, когда остальные участники отказывают ему во вступлении в общество, необходимо отметить, что белорусский законодатель в части третьей ст. 102 Закона «О хозяйственных обществах» указывает, что сама выплата действительной стоимости доли в уставном фонде общества может быть заменена выдачей в натуре имущества, соответствующего такой стоимости. Подобная замена возможна лишь в случае, если наследник согласует с оставшимися участниками общества передачу им имущества в натуре. Причем, несмотря на то что законодатель детально не указывает, каким образом должно быть получено указанное согласие, базируясь в том числе и на аналогии закона в отношении выхода или исключения участника из общества, автор считает, что наследник может получить имущество в натуре, соответствующее действительной стоимости доли лишь при достижении консенсуса (полного единогласия) между всеми оставшимися участниками общества и наследником (правопреемником), если же хотя бы одно из указанных лиц будет не согласно с передачей имущества в натуре, должна быть выплачена действительной стоимости доли.
В части третьей ст. 102 Закона «О хозяйственных обществах» законодатель, детализируя процедуру расчета с наследниками участников общества, которым отказано в приеме в состав участников, отмечает, что данные лица должны получить действительную стоимость доли или им должно быть выдано имущество в натуре в порядке, предусмотренном ст. 103 Закона, в срок до 12 месяцев со дня отказа наследникам в согласии на переход к ним доли.
Таким образом, выплата действительной стоимости (выдача имущества в натуре) должна быть осуществлена по окончании финансового года, после утверждения отчета за год, в котором наследнику было отказано в принятии в состав участников общества, при этом период времени со дня отказа не должен превышать 12 месяцев.
Однако при правоприменении возможен и больший срок, например, в случае если наследнику участника было отказано в принятии в состав участников общества в январе соответствующего года, а отчет за этот год утвержден в феврале или марте следующего года. Таким образом, с момента отказа в принятии в состав участников и до момента утверждения отчета за данный год пройдет больше 12 месяцев.
Таким образом, белорусский законодатель рассмотренным выше подходом с так называемым «тройным вменением» («по окончании финансового года», «после утверждения отчета за год, в котором отказано в принятии в состав участников», «в течение 12 месяцев с момента отказа») породил коллизию, которая, по мнению автора, не подлежит разрешению, потому что как минимум два из указанных трех вменений (трех условий) могут не коррелировать по срокам.
Для того чтобы избежать описанной выше ситуации, общество, по нашему мнению, должно будет провести общее собрание участников, на котором подводятся итоги за год, то есть утверждается отчет за год, хотя бы на день раньше в новом году по сравнению с датой отказа в предыдущем году. Однако в некоторых случаях технически это сделать будет затруднительно, а иногда и невозможно (например, если наследнику или правопреемнику участника отказали второго января определенного года, то провести общее собрание участников, на котором будет утвержден отчет за указанный год, первого января нового года не представляется возможным).
В ситуации, когда наследнику отказывают в принятии в состав участников, необходимо будет определить судьбу доли умершего участника. При этом законодатель Республики Беларусь в качестве общего правила решения указанного вопроса предусматривает, что доля в уставном фонде общества в рассматриваемом случае переходит именно к обществу, которое должно будет впоследствии либо распределить эту долю между всеми участниками общества пропорционально размерам их долей в уставном фонде, либо продать ее.
Вместе с тем, законодатель устанавливает эти правила не императивно, а диспозитивно, предусматривая, что в учредительных документах конкретного ООО может быть предусмотрен и иной порядок распределения долей.
По мнению автора, учредительные документы конкретного ООО, скорее всего, должны предусматривать, что доля, которая «не досталась» наследникам участника общества, распределяется междуучастниками пропорционально их долям в уставном фонде и тем самым увеличивает размер их собственных долей.
Необходимо обратить внимание и на ситуацию, когда к наследованию доли участия привлекаются одновременно несколько
наследников. При этом в силу ст. 1078 ГК Республики Беларусь
на указанную долю должно «возникать» право общей долевой собственности наследников. Однако, учитывая, что доля участия по своей природе представляет собой имущественное право (сопряженное с определенными обязанностями), скорее речь необходимо вести о множественности лиц на одной из сторон обязательства. При этом, по мнению автора, исходя из делимости доли в уставном фонде, она может быть разделена между наследниками либо в силу раздела наследства по со-глашению между наследниками (ст. 1079 ГК), либо по решению суда при недостижении наследниками соглашения о разделе наследства (ст. 1080 и 257 ГК).
Причем «в отношении разных наследников при разделе между ними доли в уставном фонде общества с ограниченной ответственностью (общества с дополнительной ответственностью) возможны различные подходы со стороны остальных участников общества, в случае если переход доли к наследнику допускается только с согласия остальных участников. Иначе говоря, одного из наследников участники могут согласиться принять в общество, другому же могут отказать в этом» [31, С.72]
Необходимо отметить, что в соответствии с п. 4 ст. 1069 ГК принятое наследство признается принадлежащим наследнику со времени открытия наследства независимо от момента государственной регистрации права наследника на это имущество, если право подлежит регистрации. В силу изложенного, если в ООО отсутствует требование об обязательном согласии участников на принятие в их состав наследника одного из участников, то независимо от факта государственной регистрации изменений и дополнений в учредительные документы общества и даже факта внесения изменений и дополнений в учредительные документы общества наследник становится участником общества, например, со дня смерти участника — наследодателя. При этом даже если наследник не знает, что он стал участником общества, само общество, иные его участники, а также любые третьи лица должны действовать исходя из участия наследника в обществе.
Сегодня же фактически до момента получения наследником свидетельства о праве на наследство (ст. 1083 ГК Республики Беларусь) общество не признает его в качестве надлежащего наследника участника, а в силу этого, естественно, до приведенной даты ни о каком внесении изменений и дополнений в учредительные документы общества речь не идет.
При этом, по мнению автора, такой подход, как отмечено выше, имеет определенные законодательные и фактические основания, но для защиты интересов наследников участника, скорее всего, в ряде случаев «нотариусы должны пользоваться своим правом назначения доверительного управляющего в отношении определенных долей в уставном фонде общества. Отказать такому доверительному управляющему общество будет не вправе» [32, С.111].
Таким образом, отказ в согласии на переход доли влечет обязанность общества выплатить наследникам участника ее действительную стоимость или выдать им в натуре имущество на такую стоимость в порядке и на условиях, предусмотренных законодательством об ООО и учредительными документами общества. При этом, основными проблемами, с которыми сталкивается как общество, так и наследники участника являются: определение действительной стоимости доли по балансу, а также «тройное вменение» (т.е., условия о выплате стоимости доли — по окончании финансового года, после утверждения отчета за год, в котором отказано в принятии в состав участников, в течение 12 месяцев с момента отказа).

к оглавлению ↑

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Изначально определенной целью настоящей работы являлось раскрытие сущности расчетных правоотношений, возникающих при выходе участника из ООО и наследовании доли умершего участника, а также выявление основных направлений оптимизации законодательства Беларуси в этой сфере.
Для достижения поставленной цели автором предполагалось: определить теоретические основы сущности и содержания понятия «общество с ограниченной ответственностью»; выявить основные правовые характеристики вклада и доли участников ООО; изучить процессы осуществления расчетов при выходе участника из ООО и расчетов при наследовании доли умершего участника ООО, выявить проблемы в производстве расчетов при выходе участника из ООО и наследовании доли умершего участника и определить основные пути их решения.
Теоретические основы сущности и содержания понятия «общество с ограниченной ответственностью», а также основные правовые характеристики вклада и доли участников ООО были исследованы в первой главе.
Основное же внимание в дипломной работе автором было уделено исследованию процессов осуществления расчетов при выходе участника из ООО и расчетов при наследовании доли умершего участника ООО.
Решение перечисленных задач в конечном итоге позволило не только выявить проблемы в производстве расчетов при выходе участника из ООО и наследовании доли умершего участника, но и определить основные пути их преодоления.
Проведенная работа показала, что ООО при проведении расчетов:
— с выходящими (вышедшими) участниками может столкнуться со следующими проблемами: определение источника выплат, объема выплат; сроков выплат; порядка выплат и д.р.
— с наследниками умерших участников: получение согласия на переход доли, определение источника выплат, объема выплат; сроков выплат; порядка выплат и д.р.
Основной проблемой, выявленной при исследовании расчетных правоотношений между выходящими (вышедшими) участниками либо наследниками участников (которые получили отказ в согласии на переход доли) и ООО, на которую хотелось бы еще раз обратить внимание, является законодательное закрепление «правовых ограничителей» (по Функу – «тройное вменение»).
Исходя из анализа статьи 103 Закона «О хозяйственных обществах», можно говорить о том, что законодатель устанавливает, по крайней мере, три «правовые ограничителя»:
— расчет должен быть проведен по окончании финансового года, в котором участник вышел из общества (т.е., в новом финансовом году);
— расчет должен быть осуществлен после утверждения отчета за год, в котором было подано заявление участника (опять же в новом финансовом году);
— расчет должен быть произведен в срок до 12 месяцев со дня подачи заявления о выходе.
Установлением «правовых ограничителей» законодатель, по мнению автора, стремится обеспечить защиту прав как ООО, так и вышедшего (выходящего) участника или наследника.
Вместе с тем, одновременное выполнение перечисленных условий («правовых ограничителей») на практике в отношении конкретного общества является весьма проблематичным. Как видно из приведенных ранее примеров, выполнение одного или двух условий, может влечь за собой нарушение иных условий.
При выходе участник, а наследники участников, получившие отказ в согласии на переход доли, приобретают в отношении общества права кредитора, в том числе и право требовать судебной защиты своих имущественных прав. Т.е., при наличии просрочки общества по произведению выплат вышедший участник (или наследник умершего участника) вправе обратиться в суд с иском о взыскании задолженности, кроме того, в исковом заявлении бывший участник вправе потребовать и возмещения убытков, понесенных в связи с неосуществлением выплат.
Данная ситуация, не согласуется с экономическими интересами общества. Выходом из нее может послужить правовое несовершенство той же статьи 103 Закона «О хозяйственных обществах», которая говорит о том, что выплаты стоимости имущества или выдача имущества в натуре выходящему участнику ООО производятся по окончании финансового года и после утверждения отчета за год, но не позднее 12-ти месячного срока, если иное не предусмотрено уставом ООО.
Преодолеть данные негативные обстоятельства можно, буквально истолковав статью 103: ООО в своем уставе может предусмотреть иные, отличные от Закона «О хозяйственных обществах», условия выплаты стоимости имущества или выдачи имущества в натуре. Например, предусмотреть, что расчеты с вышедшим участником производятся через пять, десять лет, либо до истечения финансового года и утверждения отчета и т.д.
Подводя итог проведенным исследованиям, можно с уверенностью говорить о том, что цель работы, заключавшаяся в раскрытии сущности расчетных правоотношений, возникающих при выходе участника из ООО и наследовании доли умершего участника, а также выявлении основных направлений оптимизации законодательства Беларуси в этой сфере, достигнута. О чем, свидетельствуют приведенные и исследованные в главах 2 и 3 проблемы, а также практические рекомендации по их преодолению.
Также необходимо отметить, что отечественным законодателем достаточно подробно урегулирован порядок выхода из ООО и порядок наследования доли в уставном фонде ООО, а также процедура произведения соответствующих расчетов. Вместе с тем, большинство норм, регулирующих указанные выше правоотношения (между ООО и выходящим участником, а также между ООО и наследниками) достаточно противоречивы. В этой связи, автор полагает, что белорусское законодательство, в указанной части, требует доработки, с целью устранения имеющихся противоречий и большей конкретизации.
Однако, нельзя не отметить тот факт, что относительно правовых норм, регулирующих порядок выхода из ООО и порядок наследования доли в уставном фонде ООО, законодатель достаточно «демократичен», т.е. дает возможность ООО самостоятельно устанавливать те или иные правомочия и (или) обязанности участников через уставные документы, решения общего собрания и т.д.
Что свидетельствует о все более уверенном переходе государства к рыночной экономике, который немыслим не только без функционирования предприятий в виде хозяйственных обществ (в том числе и ООО), но и без надлежаще оформленной (сложившейся) законодательной базы.

к оглавлению ↑

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

1. Конституция Республики Беларусь 1994г. (с изменениями и дополнениями, принятыми на республиканских референдумах 24 ноября 1996 г. и 17 октября 2004 г.) // Эталон – Беларусь [Электронный ресурс] / Нац. центр правовой информ. Республики Беларусь. – Минск, 2011.
2. Налоговый кодекс Республики Беларусь (Особенная часть) от 29 декабря 2009 г. N 71-З// Эталон – Беларусь [Электронный ресурс] / Нац. центр правовой информ. Республики Беларусь. – Минск, 2011.
3. Гражданский кодекс Республики Беларусь 7 декабря 1998 г. № 218-З// Эталон – Беларусь (с изменениями и дополнениями) [Электронный ресурс] / Нац. центр правовой информ. Республики Беларусь. – Минск, 2011.
4. О государственной регистрации и ликвидации (прекращении деятельности) субъектов хозяйствования: Декрет Президента Республики Беларусь от 16 января 2009 г. № 1// Эталон – Беларусь (с изменениями и дополнениями) [Электронный ресурс] / Нац. центр правовой информ. Республики Беларусь. – Минск, 2011.
5. О нотариате и нотариальной деятельности: Закон Республики Беларусь от 18 июля 2004 г. N 305-З(с изменениями и дополнениями на 15.07.2009 N 43-З)
6. О хозяйственных обществах: Закон Республики Беларусь 9 декабря 1992 г. № 2020-XІІ// Эталон – Беларусь (с изменениями и дополнениями) [Электронный ресурс] / Нац. центр правовой информ. Республики Беларусь. – Минск, 2011.
7. Об утверждении инструкции о порядке совершения нотариальных действий: Постановление Министерства юстиции Республики Беларусь от 23 октября 2006 г. N 63 (с изменениями и дополнениями на 15.10.2010 N 75) // Эталон – Беларусь (с изменениями и дополнениями) [Электронный ресурс] / Нац. центр правовой информ. Республики Беларусь. – Минск, 2011.
8. О судебной практике по делам о наследовании и выполнении Постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 21 декабря 2001 г. N 16 «О некоторых вопросах применения судами законодательства о наследовании»: Постановление Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 20 декабря 2007 г. N 17 // Эталон – Беларусь [Электронный ресурс] / Нац. центр правовой информ. Республики Беларусь. – Минск, 2011.
9. Об отдельных вопросах практики рассмотрения споров, связанных с применением условий учредительства юридических лиц и законодательства о хозяйственных обществах: Постановление Пленума Высшего Хозяйственного Суда Республики Беларусь от 19.05.2005 № 19// Эталон – Беларусь [Электронный ресурс] / Нац. центр правовой информ. Республики Беларусь. – Минск, 2011.
10. Бабрико, В.А. Изменение соотношения долей участников ООО. Неоднозначные последствия/ В.А. Бабрико//Промышленно-торговое право. – 2011. — №01. – С.16-17.
11. Бельчина, Е. Выход участника физического лица из состава учредителей общества с ограниченной ответственностью/ Е. Бельчина //Консультант бухгалтера. – 2007. — №12. – С.51.
12. Беспанская, Н.В. Все, что нужно знать о наследовании, завещании, дарении / Н.В. Беспанская, Л.В. Галкина, Н.Н. Жукова. – Минск: Агентство В.Гревцова, 2009. -71с.
13. Богомолов, Г. Выход из состава участников общества с ограниченной ответственностью/Г.Богомолов//Бухгалтерская газета. – 31.05.2001. — №20. – С.52.
14. Гритченок, Е. Распределение прибыли и убытков в хозяйственном обществе/ Е.Гритченок// Библиотечка журнала «Юрист». – 2007. — №2. – С.41-42.
15. Дроздовская, К.Д.М.А. Право на долю в уставном фонде общества с ограниченной ответственностью/ Дроздовская К.Д.М.А. – Минск, 2009. — 23с.
16. Зиновьев А. «Запад». М. 2000. 205с.
17. Кафарова, Е.С. Наследование по завещанию в Республике Беларусь /Е.С.Кафарова. – Минск: Право и экономика, 2011. – 236с.
18. Комментарий к Гражданскому кодексу Республики Беларусь с приложением актов законодательства и судебной практики. В 3-х книгах. Книга 1. / В.Ф. Чигирь. Мн.: Амалфея, 2005. 1040 с.
19. Коротаев, С.Л. Уставной капитал и расчеты с учредителями / С.Л. Коротаев. – Минск: Хозяйственное право, 202. – 137с.
20. Кулагин М. И. «Избранные труды». М. 1997. 300с.
21. К. Маркс, Ф. Энгельс Соч. т.23, 960с.
22. Лавшук, В.В. Как взыскать стоимость имущества, приходящегося на долю в уставном фонде/В.В.Лавшук//Вестник Высшего Хозяйственного Суда. – 2009. — №15. – С.36-43.
23. Литвиненко, В. Порядок выхода и исключения участника из состава общества с ограниченной ответственностью/ В.Литвиненко//Библиотечка журнала «Юрист». – 2007. — №2. – С.61-62.
24. Национальная экономика Беларуси: Потенциал. Хозяйственные комплексы. Направления развития. Механизмы управления: учеб. пособие / В.Н. Шимов, Я.М. Александрович, А.В. Богданович и др.; Под. общ. ред. В.Н. Шимова. – Мн.: БГЭУ. 2005. – 844 с.
25. Недоступ, Е. Реорганизация общества с ограниченной ответственностью/ Е. Недоступ// Главный бухгалтер. – 2000. — №26. – С.53-54.
26. О специфике взаимоотношений между участниками при выходе из ООО либо ОДО. Юрист. – 2009. — №11. – С.13.
27. Трапезникова, А.В. Наследование обязательной доли/ А.В.Трапезникова. – Москва, 2010.
28. Торговое уложение Германии. Закон об акционерных обществах. Закон об обществах с ограниченной ответственностью. Закон о производственных и хозяйственных кооперативах. – 2-е изд., переработанное – Москва: Волтерс Клувер, 2009. – ХХI, 606с.
29. Урюжникова, А.В. Проблемы правового регулирования выбытия участника из общества с ограниченной ответственностью/А.В. Урюжникова. – Ростов на Дону, 2009. – 29с.
30. Фатхутдинов, Р.С. Уступка доли в уставном капитале ООО /Р.С. Фатхутдинов. – Москва: Волтерс Клувер, 2009. – 170с.
31. Функ, Я.И. Наследование долей участия в хозяйственных обществах и товариществах/ Я.И.Функ// Юрист. — №1. – 2004. – С.74-78.
32. Функ, Я.И. Общество с ограниченной ответственностью. Общество с дополнительной ответственностью / Я.И.Функ. Кн.1: Функ, Я.И. Понятие и внутренняя природа, история и теория общества с ограниченной ответственностью и общества с дополнительной. – 203с.
33. Функ, Я.И. Общество с ограниченной ответственностью. Общество с дополнительной ответственностью / Я.И.Функ. Кн.3: Функ, Я.И. Доли в уставном фонде общества с ограниченной ответственностью и общества с дополнительной ответственностью и их оборот. – 462с.
34. Черемышен, П. Наследование отдельных видов имущества/ П.Черемышен //Бюллетень нормативно-правовой информации. Юридический мир. – 2004. — №13. – С.25.
35.Экономика предприятия. Практикум. / Грузинов В.П., Грибов В.Д. -Финансы и статистика, 2003.-145с.
36.Экономика предприятия. Практикум. / Мачабели М.Ш., Арзуманова Т.И. -Дашков и К, 2003.-412с.
37. Юшко Ю. И. Корпоративные финансы: теория, методы и модели управления. Учебно-методическое пособие. – Мн.: ФУАинформ, 2006. – 576 с.

Сказать спасибо:

Вам понравиться