Квалификация похищения человека, сопряженного убийством

Готовые курсовые работы.

Готовые курсовые работы.

Квалификация похищения человека, сопряженного убийством, в уголовном праве России. Готовая курсовая работа по Уголовному праву. Скачать бесплатно. Год: 2012; Объем работы: 43 стр.; Страна: Россия.

Заказать курсовую работу по Уголовному праву можно здесь.

ВВЕДЕНИЕ

Одними из наиболее опасных видов преступлений против личности являются похищение и убийство человека.
Рассматриваемые негативные социальные явления приобрели угрожающие национальной безопасности масштабы . Только в 2012 г. на территории Российской Федерации было зарегистрировано 512 преступлений, связанных с похищением человека (в 2011 году зарегистрировано 520 таких преступлений, в 2010-м – 519). Статистика относительно убийств (в том числе – покушения на убийства): 2012 – 13265, 2011 – 14305, 2010 – 15464 . Вместе с тем, учитывая высокую латентность указанных преступлений и увеличивающееся с каждым годом количество заявлений о без вести пропавших гражданах, можно предположить, что реальное количество указанных преступлений исчисляется тысячами.
С учетом того, что общественная опасность содеянного несоизмеримо повышается, если похищение сопряжено с умышленным причинением смерти другому человеку, особую актуальность приобретает правильная квалификация действий виновного лица.
В свете вышесказанного, рассмотрение вопроса о квалификации похищения человека, сопряженного с убийством, несомненно, является актуальным и требует изучения. Именно по этой причине тема «Квалификация похищения человека, сопряженного убийством» выбрана автором для выполнения курсовой работы.
Цель работы: комплексный анализ уголовно-правовых норм, позволяющих квалифицировать похищение человека, сопряженное убийством.
Реализация поставленной цели обусловила решение следующих задач:
— изучить уголовно-правовые понятия «квалификация» и «сопряженность»;
— провести историко-правовой анализ развития законодательства России по защите жизни и свободы человека;
— дать общую характеристику похищения и убийства человека;
— исследовать составы похищения и убийства человека;
— определить основные проблемы квалификации похищения человека, сопряженного убийством.
Объектом настоящего исследования выступают правоотношения в сфере уголовной ответственности за похищение человека, сопряженное с убийством. Предметом исследования являются нормы права, регулирующие вопросы уголовной ответственности за похищение человека, сопряженное с убийством.
Теоретической основой работы послужили труды отечественных и зарубежных ученых в области государства и права, уголовного права, а также ученых и специалистов в других областях науки. В процессе исследования были использованы общенаучные и частные методы исследования.
При подготовке курсовой работы использовался нормативно-правовой материал (положения Конституции Российской Федерации, Уголовного кодекса Российской Федерации, иных нормативных правовых актов Российской Федерации), а также общетеоретическая и специальная литература.
Курсовая работа состоит из следующих структурных частей: введение, основная часть (состоящая из трех глав), заключение, список использованных источников.
Объем работы составляет — 43 листа; использовано 27 источников.

к оглавлению ↑

1. «КВАЛИФИКАЦИЯ» И «СОПРЯЖЕННОСТЬ» В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ. РАЗВИТИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА РОССИИ ПО ЗАЩИТЕ ЖИЗНИ И СВОБОДЫ ЧЕЛОВЕКА

1.1. «Квалификация» и «сопряженность» в теории уголовного права

Под квалификацией преступлений в уголовном праве понимается процесс установления сходства (соответствия) совершенного деяния элементам и признакам того или иного состава преступления и его закрепление юридическими символами (ссылкой на статью, часть, пункт).
Иными словами, квалификация есть юридическая оценка тех или иных поступков человека.
Квалификация является одной из форм применения уголовного закона. Последняя представляет более широкую деятельность, чем квалификация, и включает (наряду с ней) назначение наказание, определение иных видов уголовной ответственности (условного осуждения, судимости). Применение уголовного закона охватывает также оценку непреступных, а иногда и общественно полезных поступков, имеющих внешнее сходство с преступлениями (необходимая оборона).
Из сказанного следует, что о квалификации можно говорить в двух значениях: 1) в смысле определенного процесса – деятельности, состоящей из ряда отдельных актов (операций) и протекающей в течение некоторого времени (к ним относятся: установление фактических обстоятельств дела; установление конкретной нормы уголовного закона, которая предусматривает ответственность за данное преступление; установление конкретного состава преступления; закрепление результатов квалификации преступления в процессуальном акте); 2) в смысле итога, результата этой деятельности, воплощенного в выводе о наличии или отсутствии состава преступления.
Когда, например, говорят, что, скажем, Иванов совершил кражу и его действия квалифицированы по ст. 158 ч. 1 УК РФ , то речь в этом случае идет о результате, об итоге познавательного процесса: что сделал Иванов и признакам какого состава соответствуют его действия.
А если же мы рассуждаем о том, как мы пришли к такому выводу, что мы принимали во внимание, какие обстоятельства учитывали, а какие посчитали не относящимися к делу, какому составу и почему отдали предпочтение при юридической оценке, то тогда мы имеем в виду под квалификацией сам процесс, саму систему действий, в которой выразилась квалификация.
Квалификация (юридическая оценка) производится на всех стадиях уголовного процесса. Первоначально она носит предварительный характер и может быть предположительной. В дальнейшем при получении более полной информации об обстоятельствах совершенного деяния квалификация уточняется.
Без квалификации невозможно принятие решения по уголовному делу. Так, для того, чтобы возбудить уголовное дело надо квалифицировать действия предполагаемого виновного по соответствующей статье. При предъявлении обвинения, судебном разбирательстве квалификация может измениться. Тем не менее предварительная квалификация необходима. Таким образом нельзя арестовать подозреваемого, не квалифицировав его действия по той или иной статье.
«Сопряженный» означает «взаимно связанный, сопровождаемый чем-нибудь» (Толковый словарь Ожегова ). Соответственно, «сопряженность» – «взаимосвязанность», «сопровождаемость».
Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ существенно реформировал институт множественности преступлений, исключив такой ее вид, как неоднократность, которая ранее определялась в ст. 16 действующего Уголовного кодекса. Результатом реформы стало уточнение определения совокупности преступлений в ст. 17 УК, которая, по сути, нивелировала и «поглотила» неоднократность.
Исключение (утрата юридической силы) ст. 16 УК РФ, обусловившее исключение неоднократности как самостоятельной разновидности множественности преступлений, произошло одномоментно с внесением многочисленных изменений в статьи Особенной части Кодекса, которые заключались в исключении неоднократности как квалифицирующего признака многих преступлений.
Однако реформа института множественности не ограничилась только Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ, исключившим ст. 16 и уточнившим дефиницию совокупности преступлений. В частности, еслипо указанному Федеральному закону совокупность стала определяться в ч. 1 ст. 17 УК как «совершение двух или более преступлений, ни за одно из которых лицо не было осуждено», то Федеральный закон от 21 июля 2004 г. № 73-ФЗ добавил к данной дефиниции весьма пространное словосочетание «за исключением случаев, когда совершение двух или более преступлений предусмотрено статьями Особенной части настоящего Кодекса в качестве обстоятельства, влекущего более строгое наказание» .
Таким образом, из определения совокупности преступлений, изложенного в ныне действующей редакции ст. 17 УК РФ, с очевидностью следует, что в качестве таковой не могут быть расценены те ситуации, когда совершение двух или более преступлений прямо указано в статьях Особенной части Кодекса в качестве квалифицирующего признака составов преступлений определенного вида. Иначе говоря, если запрет Особенной части уголовного закона в качестве отягчающего обстоятельства, отражающегося на построении санкции и тем самым выступающего средством законодательной дифференциации ответственности, указывает на совершение двух или более преступлений, то совокупность преступлений отсутствует, а в наличии имеется одно сложное преступление, которое в теории уголовного права принято именовать «составным».
Новая конструкция института совокупности в свете действующей редакции ст. 17 УК породила в науке уголовного права довольно оживленную дискуссию о проблемах квалификации так называемых «сопряженных преступлений» – преступлений, за которые предусмотрено более суровое наказание по сравнению с их основным составом, вследствие того что данные преступления соединяются с иными преступлениями, выполняются в процессе или сразу же после их совершения.
Таким образом, под квалификацией преступлений в уголовном праве понимается процесс установления сходства (соответствия) совершенного деяния элементам и признакам того или иного состава преступления и его закрепление юридическими символами (ссылкой на статью, часть, пункт). При этом, о квалификации можно говорить в двух значениях: 1) в смысле определенного процесса – деятельности, состоящей из ряда отдельных актов (операций) и протекающей в течение некоторого времени; 2) в смысле итога, результата этой деятельности, воплощенного в выводе о наличии или отсутствии состава преступления. «Сопряженные преступления» – преступления, соединяемые с иными преступлениями, выполняемые в процессе или сразу же после их совершения.
С учетом изложенного и тематики курсовой работы для целей настоящего исследования «квалификация похищения человека, сопряженного с убийством» будет рассматриваться как определенный логический процесс, в рамках которого автором будут подвергнуты анализу конкретные нормы уголовного закона (предусматривающие ответственность за данное преступление), состав преступления, а также проблемы квалификации рассматриваемого явления. к оглавлению ↑

1.2. Историко-правовой анализ развития законодательства России по защите жизни и свободы человека

Похищение и убийство человека, как и большинство традиционных, общеуголовных преступлений (изнасилования, кражи, грабежи, разбои), имеют длительную историю развития в России, уходящую корнями в глубину веков.
Наиболее древним первоисточником уголовного права, дошедшим до наших дней, является «Русская правда», которая различала два рода преступления – против личности и имущественные . В Русской Правде преступления против жизни именовались «убийством» и «разбоем». Но первым термином называлось убийство вообще, а вторым — предумышленное (в Уставе Ярослава оно именовалось «душегубством»).
В литературе не раз подчеркивалось, что в основе выделения различных составов убийств, в «Русской Правде» лежат не внутренние (субъективные), а внешние (объективные) признаки содеянного. Данный источник вводит свой принцип ответственности, основанный не на понимании умышленного и неумышленного убийства, а на том, было ли оно (душегубство) совершено открыто, в честной ли схватке (праву чести уделено много внимания в «Правде»), во время ли ссоры на пиру, когда требований к поведению его участников были несколько снижены, или тайно при совершении злого дела. «Правда» существенно различала тяжесть санкции за убийство мужчины (более строгое наказание) и женщины. Не считалось убийство вора в ночное время, если он еще не был связан. «Русская Правда» не знает возвратного ограничения уголовной ответственности, отсутствует понятие вменяемости. Субъектом преступления может быть отдельный человек – любой свободный, кроме холопа, за которого отвечал хозяин. При этом различались два вида умысла: прямой и косвенный. Это отмечается в ответственности за убийство: убийство в разбое карается высшей мерой наказания, убийство в драке только вирой (штрафом). Объективная сторона состава преступления выражается путем совершения действий, бездействие при убийстве не учитывается . «Русская Правда» в число преступлений против семейного права и нравственности включала похищение девиц. Существовали и квалифицированные виды похищения людей. Таковыми признавались неоднократные похищения, а также похищения людей, совершаемые на конях («коневая татьба»). За них устанавливалось самое строгое наказание: виновный предавался смертной казни, а его имущество переходило князю.
Во время феодальной раздробленности Руси было распадение на несколько княжеств. До наших дней дошло мало источников того времени. Наиболее хорошо сохранились Псковская и Новгородская грамоты. В Псковской судной грамоте убийство были посвящены 2 статьи – 7 (убийство при разбое) – ввелась смертная казнь и статья 1 – наказание штраф или вира. Указанные грамоты содержали аналогичные «Русской правде» составы посягательств и наказания за их совершение относительно похищения людей.
Следующим источником права средневековой Руси, дошедший до нас Судебник 1497г. Судебник рассматривал, в отличие от «Русской Правды», убийство холопа как субъекта права. Судебник знал только преступления против жизни – убийство (душегубство). Убийству посвящена ст. 8 Судебника. Важнейшим источников со-словно-представительной монархии является Судебник 1550 г., который представлял собой редакцию Судебника 1497г. Статья 71 Судебника 1550 г. устанавливала порядок рассмотрения дел в отношении «душегубцев» – убийц. Так же выносились отдельные статьи об убийстве мужа женой, смертная казнь для жены в виде закапывания ее в землю. Это еще раз подтверждает, что перед законом было неравенство, женщина была практически бесправной. Так же тяжким видом убийства осталось убийство при разбое .
Судебники 1497 г. (статья 9) и 1550 г. (статья 61) — устанавливали смертную казнь за «коневую татьбу» — кражу холопов. Холоп считался наиболее ценным имуществом. В то же время за похищение татар, калмыков и других «инородцев» взыскивался только штраф. Только впоследствии был принят Указ, который не проводил различий между кражей людей разных национальностей.
Соборным Сложением царя Алексея Михайловича (1649 г.) начинается новый период истории уголовного законодательства. Впервые обычаи и судебная практика перестали применяться в качестве источников права. Уложение предусматривало смертную казнь за похищение женщин и младенцев, относя это преступление к нарушению прав личности. Покушение на целомудрие женщины и похищение ее из дома каралось смертной казнь, а люди, которые вместо того, чтобы защищать свою госпожу, оказывали преступникам помощь, тоже подвергались смертной казни.
Соборное уложение 1649 года имело специальную главу о преступлениях наказуемых смертной казнью, в том числе и за убийство. Следует отметить, что в этом документе признаки субъективной стороны в посягательствах на жизнь стали играть уже не второстепенную, но ограниченную роль: различали «смертное убийство» с умыслом и без умышления. Претерпели изменения и представления об обстоятельствах, определяющих меру ответственности виновного. Она стала обусловливаться тем, кто из членов семьи и в отношении кого совершил посягательство.
В 1750 г. императрица Елизавета специальным указом внесла в Соборное Уложение 1649 г. статью о краже младенца, за которую виновного лишали прав состояния и наказывали кнутом. Указом императора Павла I от З1 июля 1799. к этим видам наказания был добавлен еще один — ссылка на каторжные работы. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных подразумевало под похищением физический захват личности и в зависимости от целей квалифицировало его как работорговлю, сокрытие или изменение происхождения младенца и похищение женщин. Похищение взрослых, в свою очередь, рассматривалось в различных аспектах.
Реформа уголовных законов 1832 г. еще более усилила наказание за кражу людей, проводя каких-либо различий по национальному или религиозному признаку. Таким образом, в древнерусском государстве, а также в период образования и укрепления Русского централизованного государства, во времена абсолютизма люди похищались главным образом как чужая собственность с целью присвоения для выполнения различных работ или же для последующей продажи и наживы от такой сделки. С развитием общественных отношений содержание этого вида преступлений видоизменилось (особенно после отмены крепостного права в России в 1861 г.).
В уголовном Уложении 1903 г. нормы, предусматривающие наказание за убийство и похищение людей также получили развитие. Большей частью они касались объективных и субъективных сторон рассматриваемого преступления.
В первом УК РСФСР от 1922 года преступления против личности (жизни) рассматривались в Особенной части в 5 главе. В главе «Убийство» предусматривалось наказание за искусственное прерывание беременности; наказуемость не самоубийства как такового, а содействие или подговора к нему; дифференциация зависимости от формы вины; выделение основного, квалифицированных и привилегированных составов убийств. Вместе с тем термин «убийство» стал охватывать как умышленное, так и неосторожное лишение жизни.
За некоторыми исключениями указанные принципы построения системы преступлений против жизни и свободы были сохранены и в УК РСФСР 1926г. Фактически УК РСФСР 1926г. действовал до принятия УК 1960г.
В УК 1960 года непосредственно умышленному убийству отводились 2 статьи: умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах (ст. 102) и умышленное убийство (ст. 103). Прослеживается тенденция квалифицирующих признаков, также как и до революции: из корыстных побуждений, с особой жестокостью и т.д.
УК РСФСР 1960 г. не содержал специальной нормы, предусматривающей уголовную ответственность за похищения человека, но статье 125, устанавливала наказание за похищение или подмену ребенка. Исключительно редкие случаи похищения взрослого человека следственная и судебная практика того времени рассматривала как незаконное лишение свободы (статья 126).
Только в связи со значительным распространение в обществе таких особо опасных деяний законодатель был вынужден в 1993 г. внести в действующий уголовный закон норму, устанавливающую уголовную ответственность за похищение человека (125-1 УК РСФСР). Указанные положения просуществовали до принятия УК РФ 1996 года .
Таким образом, похищение и убийство человека, как и большинство традиционных, общеуголовных преступлений (изнасилования, кражи, грабежи, разбои), имеют длительную историю развития в России, уходящую корнями в глубину веков.

к оглавлению ↑

2. ПОНЯТИЕ, УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПОХИЩЕНИЯ И УБИЙСТВА ЧЕЛОВЕКА

2.1. Понятие и уголовно-правовая характеристика похищения человека

Похищение человека — это предусмотренное ст. 126 УК противоправное умышленное общественно опасное действие виновного лица, направленное на тайное или открытое завладение живым человеком (захват) помимо воли последнего или по его желанию обманом (злоупотреблением доверием) и перемещение данного человека с постоянного или временного местонахождения в другое определенное похитителем место с последующим удержанием в неволе. Например, чтобы добиться подписи бизнесмена в документах, злоумышленники проникают в его квартиру, связывают и вывозят его в загородный дом .
В уголовно-правовой литературе уже неоднократно отмечали известное сходство хищения чужого имущества и похищения человека.
Например, по мнению А.С. Горелика, понятие «похищение» терминологически связано с хищением, известным как преступление против собственности, и, несмотря на видимое различие, для определения похищения человека можно использовать некоторые элементы дефиниции хищения имущества, данные в примечании к ст. 158 УК РФ .
Однако вопреки предложению указанного автора использовать только представление о «противоправном изъятии предмета» подход к интерпретации элементов состава похищения человека с позиции его сходства с преступлениями против собственности проявляется, на наш взгляд, и в другом.
В литературе отмечается, что потерпевшими от преступления, предусмотренного ст. 126 УК РФ, могут быть любые лица, независимо от гражданства, социального статуса, пола или других характеристик. Правда, ряд авторов делают оговорку, указывая, что не может быть потерпевшим собственный ребенок.
Некоторые авторы эту оговорку расширяют. Так, Г.В. Габибова из круга потерпевших исключает всех близких родственников, а А.В. Клименко пишет: «Не может быть потерпевшим при совершении похищения человека родственник (например, ребенок), если у лица есть законное право завладеть им» . Конечно, исключение уточнено только в отношении ребенка но автор указал его в качестве примера родственников. Стало быть, по его мнению, потерпевшими могут не признаваться и другие родственники, если у них есть право законно «владеть» потерпевшим.
Однако несостоятельность данного утверждения совершенно очевидна. Право владеть — это разновидность вещных прав, объектом которых может быть имущество, но не человек. Семейный кодекс РФ, регулирующий имущественные и неимущественные отношения между членами семьи, тоже закрепляет право владения исключительно имуществом (ст. 33, 35, 60). В отношении ребенка у родителей есть другие права: воспитывать, общаться с ним, участвовать в его воспитании и др. Такое право, как «право владения родственником», этому Кодексу неизвестно.
В этой связи мы поддерживаем мнение Е.А. Марахтановой, не допускающей отождествление понятий «похищение человека» и «похищение чужого имущества», поскольку даже близкий родственник не может являться по отношению к кому-то «вещью», находящейся «во владении» правообладателя.
Нам представляется, что непризнание противоправного «завладения»
своим ребенком или другими лицами (и, подчеркнем, не только родственниками) похищением человека должно основываться на другом: совершается ли «завладение» в интересах похищаемого. Преступления не будет, отмечает А.С. Горелик, если захват и перемещение совершаются хотя и без согласия человека, но в его интересах (например, чтобы спасти от готовящегося покушения на его жизнь, пожара, стихийного бедствия и т.п.).
Однако, по нашему мнению, содеянное не должно признаваться преступлением не обязательно в силу ст. 39 УК РФ, как пишет автор. Привязанность к ребенку — чувство настолько сильное, что, во-первых, затрудняет объективную оценку «виновным» ситуации, а во-вторых, не позволяет ему спокойно дожидаться, когда опасность для ребенка будет непосредственно угрожающей.
С другой стороны, противоправный захват даже собственного ребенка, очевидно, представляет общественную опасность, если совершается с целью его эксплуатации или другими подобными целями. Статья 65 Семейного кодекса РФ запрещает осуществление родительских прав в противоречии с интересами детей. Поэтому исключение собственных детей из числа потерпевших во всех случаях представляется необоснованным.
Подход с позиций, сформировавшихся при исследовании хищения чужого имущества, проявляется и при анализе объективной стороны похищения человека.
Прежде всего, многие авторы, наряду с другими способами похищения человека, выделяют открытое и тайное похищение, а Л.А. Копенкина полагает, что способы похищения человека только этими двумя и исчерпываются (она даже предлагает включить их в дефиницию похищения).
Другие авторы не только упоминают эти способы похищения человека, но и разграничивают их. «Тайный и открытый способы похищения человека, — пишет Д.А. Ситников, — по своей юридической природе мало чем отличаются от аналогичных способов совершения хищения имущества, описываемых в литературе». Открытым похищением предлагается признавать противоправные действия виновного, когда он осознает открытый характер похищения и понимает, что его действия осознаются посторонними лицами, реакцией которых он пренебрегает. Под тайным способом похищения человека предлагается считать такие действия преступника, когда изъятие потерпевшего из места его постоянного или временного пребывания происходит при отсутствии посторонних лиц либо в их присутствии, когда они не осознают происходящего. Тайным завладение человеком будет и в тех случаях, когда виновный совершает преступление в присутствии посторонних лиц, осознающих характер происходящего, но виновный полагает, что действует тайно.
Однако такое толкование тайного и открытого способов похищения игнорирует существенную разницу в хищении имущества и похищении человека — в особенностях похищаемого. В преступлении, предусмотренном ст. 126 УК РФ, им является человек. Следовательно, оценка способа похищения как открытого должна зависеть не от того, осознаются ли эти действия посторонними лицами, а от того, осознаются ли они самим потерпевшим. Поэтому похищение человека в подавляющем большинстве случаев должно признаваться открытым независимо от присутствия посторонних лиц. Их присутствие и осознание ими противоправного характера происходящего влияют на способ похищения тогда, когда сам потерпевший в силу разных причин (малолетство, бессознательное состояние и т.д.) факт похищения не осознает.
Конечно, в отличие от способа хищения имущества, установление способа похищения человека на его квалификацию не влияет, однако влияет на степень общественной опасности.
Как уже отмечалось, под похищением человека (ст. 126 УК РФ) понимается завладение человеком против его воли, захват, в результате которого он попадает в распоряжение похитителей. Для квалификации деяния как похищения способ действия не имеет значения: обман, насилие, неопасное для жизни и здоровья (применение опасного насилия является квалифицирующим обстоятельством). Но во всех случаях похищаемому навязывается воля похитителя, ограничиваются свобода передвижения, возможность произвольного поведения, выбор места нахождения. Все это в итоге переходит в удержание похищенного лица в соответствии с целями виновного. Но при всех условиях похищение признается оконченным с момента захвата похищенного лица, т.е. оно не относится к длящимся или продолжаемым преступлениям .
Общественная опасность преступления заключается в незаконном ограничении или лишении человека свободы, угрозе безопасности его здоровью, а в некоторых случаях и жизни.
Статья 126 УК состоит из трех частей, отражающих основной (ч. 1), квалифицированный (ч. 2) и особо квалифицированный (ч. 3) составы преступления и выражающих деяния, относящиеся к категории тяжких (ч. 1) и особо тяжких (ч. 2, 3) преступлений. В присоединенном к статье примечании получила закрепление разновидность освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием: добровольным освобождением похищенного человека, несовершением иного преступления (см. ч. 2 ст. 75 УК).
Освобождение похищенного человека признается добровольным только в том случае, если оно последовало в ситуации, когда виновный мог продолжить незаконно удерживать похищенного, но предоставил ему свободу. Это такое освобождение, которое не обусловлено невозможностью удерживать похищенного в результате выполнения или обещания выполнить условия, явившиеся целью похищения .
Основной объект преступного посягательства — личная (физическая) свобода человека. Факультативные объекты — жизнь и здоровье как неотъемлемые блага человека, право собственности (ч. 2, 3 ст. 126 УК).
Объективная сторона составов преступления выражается в форме действия, заключающегося в тайном или открытом либо с помощью обмана или злоупотребления доверием завладении другим человеком (его захвате). Осуществляется «вытягивание» человека из социальной микросреды и перемещение его в другое место с целью удержания в неволе.
Факт захвата и насильственного удержания жертвы не афишируется, равно как и возможные к предъявлению требования (например, требование выкупа). Круг лиц, к которым могут быть предъявлены требования, ограничен. Лишение свободы при этом может являться и целью, и средством преступления.
По законодательной конструкции основной состав преступления (ч. 1 ст. 126 УК) является «формальным». Преступление окончено (составом) в момент фактического перемещения потерпевшего в заранее намеченное место или место, выбранное преступником в процессе похищения. Квалифицированный (ч. 2 ст. 126 УК) и особо квалифицированный (ч. 3 ст. 126 УК) составы имеют «формально-материальную» законодательную конструкцию. Преступление окончено (составами) либо в момент фактического перемещения потерпевшего в иное место, либо в момент наступления в результате этого легкого или средней тяжести вреда здоровью человека (п. «в» ч. 2 ст. 126 УК), по неосторожности смерти потерпевшего или иных тяжких последствий (п. «в» ч. 3 ст. 126 УК).
Обязательными для квалификации деяния как преступления могут стать такие объективные признаки, как способ (п. «а», «в» ч. 2, п. «а» ч. 3 ст. 126 УК) и орудия (п. «г» ч. 2 ст. 126 УК) совершения преступления.
Субъект преступного посягательства — общий, т.е. физическое вменяемое лицо, достигшее к моменту совершения преступления 14-летнего возраста. Вместе с тем субъект может быть и специальным, в частности: а) если преступление совершается группой лиц по предварительному сговору (п. «а» ч. 2 ст. 126 УК) — лицо, сговорившееся на совершение данного преступления с другими лицами; б) если похищение осуществляется организованной группой (п. «а» ч. 3 ст. 126 УК) — участник организованной преступной группы.
Субъективная сторона составов преступления характеризуется виной в форме умысла, причем прямого. В некоторых случаях возможны две формы вины, например умысел по отношению к похищению человека и неосторожность по отношению к наступившей смерти потерпевшего или иным тяжким последствиям.
Мотив — корыстные побуждения — становится обязательным для квалификации деяния как преступления по п. «з» ч. 2 ст. 126 УК.
Квалифицирующие признаки закреплены в ч. 2 ст. 126 УК:
а) совершение преступления группой лиц по предварительному сговору (см. ч. 2 ст. 35 УК).
в) применение насилия, опасного для жизни или здоровья (либо угроза его применения), — нанесение побоев, истязание потерпевшего или другого лица, применение к нему мучительно действующих препаратов (средств), оставление без питья, пищи и т.д. Данный признак охватывает причинение легкого и средней тяжести вреда здоровью потерпевшего. Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью человека влечет дополнительную квалификацию по ст. 111 УК.
Если насилие, опасное для жизни или здоровья потерпевшего, применено виновным лицом не в момент похищения потерпевшего, а после и с другой целью, то оно не может считаться квалифицирующим признаком похищения человека.
г) применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия, предполагает использование для подкрепления угрозы и по непосредственному назначению — для поражения цели — огнестрельного, холодного, метательного и прочего оружия либо предметов, имеющих иное предназначение, но используемых виновным в указанных целях. К таким предметам относятся топор, молоток, кухонный нож, отвертка и т.п.
д) похищение заведомо несовершеннолетнего, т.е. лица, не достигшего 18-летнего возраста. В данном случае подразумевается, что виновный достоверно знает о возрасте потерпевшего (потерпевшей) или допускает похищение лица именно такого возраста.
е) похищение женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности. В данном случае также подразумевается, что виновный достоверно знает о беременности похищаемой или допускает этот факт. Если же виновное лицо в действительности заблуждается в том, что жертва не беременна (равно как и в совершеннолетнем возрасте потерпевшего или потерпевшей), то квалификация по п. «е» (п. «д») ч. 2 ст. 126 УК не осуществляется.
ж) похищение двух или более лиц может происходить как одновременно, так и в разное время, не образуя при этом совокупности преступлений (см. ч. 1 ст. 17 УК).
з) похищение человека из корыстных побуждений подразумевает совершение данного преступления с целью извлечения материальной выгоды. Такое похищение, как правило, сопровождается требованием виновного лица выкупа за жертву от ее родственника, друга, организации, учреждения и т.д.
Указанный признак отсутствует, если похищение совершено, например, с целью понуждения родственников к погашению денежного долга похищенного человека.
Особо квалифицирующие признаки закреплены в ч. 3 ст. 126 УК:
а) совершение преступления организованной группой (ч. 3 ст. 35 УК).
в) похищение человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего или иные тяжкие последствия характеризует психическое отношение лица к содеянному им двумя формами вины: умыслом по отношению к похищению человека и неосторожностью по отношению к наступившим в результате этого материальным общественно опасным последствиям.
Под иными тяжкими последствиями надобно понимать причинение потерпевшему по неосторожности тяжкого вреда здоровью, тяжелое заболевание или самоубийство в связи с содеянным родного или близкого ему человека, причинение вреда здоровью различной тяжести многим лицам, наступление имущественного вреда в крупном размере и т.д.
Таким образом, общественная опасность «похищения человека» заключается в незаконном ограничении или лишении человека свободы, угрозе безопасности его здоровью, а в некоторых случаях и жизни. Основной объект преступного посягательства — личная (физическая) свобода человека. Факультативные объекты — жизнь и здоровье как неотъемлемые блага человека, право собственности (ч. 2, 3 ст. 126 УК). Объективная сторона выражается в форме действия, заключающегося в тайном или открытом либо с помощью обмана или злоупотребления доверием завладении другим человеком (его захвате). Субъект преступного посягательства — общий, но может быть и специальным. Субъективная сторона составов преступления характеризуется виной в форме умысла, причем прямого. Однако в некоторых случаях возможны две формы вины, например умысел по отношению к похищению человека и неосторожность по отношению к наступившей смерти потерпевшего или иным тяжким последствиям.

к оглавлению ↑

2.2. Понятие и уголовно-правовая характеристика убийства

Жизнь человека представляет собой важнейшее, от природы данное ему благо, основополагающую социальную ценность. При совершении преступлений против жизни наступают последствия, которые не поддаются восстановлению или возмещению: утрата жизни необратима. Это подчеркивает особую общественную опасность преступлений против жизни.
Все преступления против жизни по УК РФ 1996г. подразделены на: убийство (ст. 105 УК РФ); убийство матерью новорожденного ребенка (ст. 106 УК РФ); убийство, совершенное в состоянии аффекта (ст. 107 УК РФ); убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление (ст. 108 УК РФ); причинение смерти по неосторожности (ст. 109 УК РФ); доведение до самоубийства (ст.110 УК РФ). Видно, что за исключением двух последних составов преступлений, именно убийство образует основную группу преступлений против жизни.
С учетом тематики работы и ограниченности ее объема нами будет рассматриваться убийство, предусмотренное ст.105 УК.
И так, статья 105 УК под убийством понимает умышленное причинение смерти другому человеку.
В современных системах права убийство рассматривается как одно из самых тяжких преступлений и предусматривает суровое наказание, вплоть до смертной казни в ряде стран, в том числе, и в России.
До принятия в 1996 году УК РФ в уголовном законе отсутствовали четкие дефиниции убийства, что восполнялось доктринальным толкованием этого термина. В дореволюционной литературе данную категорию разрабатывали С. Будзинский, М. Н. Гернет, М. М. Гродзинский, А. Лохвицкий, В. Д. Набоков, Н. А. Неклюдов, Н. С. Таганцев. В советский период значительный вклад в характеристику понятия убийства внесли М. К. Аниянц, Ю. М. Антонян, С. В. Бородин, Н. И. Загородников, А. Н. Красиков, А. А. Пионтковский, В. И. Ткаченко, М. Д. Шаргородский .
Вместе с тем, как обоснованно отмечено в литературе, само по себе законодательное (легальное) определение убийства еще не позволяет в полной мере разграничить данное деяние со схожими преступлениями – как более, так и менее опасными, и потому имеется насущная необходимость ввести в научный и практический оборот еще одно, доктринальное определение убийства, которое не противоречило бы легальному, а дополняло его, конкретизировало и помогало решить сложнейшие проблемы квалификации .
Так, «Г. Н. Борзенков под убийством понимает противоправное умышленное причинение смерти другому человеку. Такое определение с небольшими вариациями приводится большинством ученых. С. В. Бородин под убийством понимает «предусмотренное Особенной частью Уголовного кодекса виновное деяние, посягающее на жизнь другого человека и причиняющее ему смерть».
Н. И. Загородников еще в 1961 году дал свое определение убийства – «противоправное, умышленное или неосторожное, лишение жизни другого человека, когда причинение смерти является основанием уголовной ответственности».
В теории советского уголовного права существовало две полярные точки зрения в отношении определения убийства. Так, А. А. Пионтковский полагал, что убийство есть противоправное умышленное или неосторожное лишение жизни человека. М. Д. Шаргородский понимал под убийством лишь умышленное причинение смерти и не относил к нему неосторожное лишение жизни» .
Именно вторая точка зрения воспринята действующим российским уголовным законодательством и представляется более совершенной и точной. УК РФ дано определение убийства как умышленного причинения смерти другому человеку. Неумышленное, то есть неосторожное убийство УК РФ отвергается, хотя признается преступлением (ст. 109 УК РФ) причинение смерти по неосторожности. Вследствие общности родового и непосредственного объектов последнее оставлено в главе «Преступления против жизни и здоровья».
Таким образом, как в законотворческой деятельности, так и в теории уголовного права эволюция понятия «душегубство—смертоубийство—убийство» завершилась резким сужением его рамок. Если вначале под убийством понималась даже внезапная смерть в результате несчастного случая, чуть позже самоубийство и криминальный аборт, еще позже — различные виды причинения смерти независимо от форм вины, то в последнее время сфера применения этого понятия ограничилась лишь умышленным причинением смерти одним человеком другому.
Между тем, некоторые теоретики полагают, что формулировка диспозиции ст. 105 УК РФ страдает чрезмерным лаконизмом. Это приводит к тому, что из определения «выпадают» признак противоправности и характеристика объекта посягательства. Отсутствие первого из них не позволяет ограничивать убийство от правомерных способов лишения человека жизни .
Действительно, лишение жизни человека должно быть противоправным. Указание на противоправность рассматриваемого деяния имеет важное значение. Не является, например, преступлением лишение жизни другого человека в состоянии необходимой обороны, приведение в исполнение приговора к смертной казни. Очевидно, что и в подобных ситуациях один человек умышленно причиняет смерть другому. Но убийством эти действия признать нельзя, ибо они лишены противоправности.
В настоящее время даже приговоренный к смертной казни при определенных обстоятельствах имеет право на защиту своей жизни. Так, его никто не может лишить жизни вне тех условий, которые требуются по закону для исполнения смертной казни. Он не может быть казнен до того, как будет рассмотрено его прошение о помиловании или не будет решен вопрос о помиловании даже без его прошения, или казнен иным способом, чем тот, который предусмотрен законодательством данной страны.
Во втором случае пробельность формулы убийства влечет за собой трудности в отграничении классических видов убийств от их нетипичных аналогов, когда умышленное причинение смерти потерпевшему рассматривается законодателем как побочный результат действий, направленных на причинение вреда иному (нежели жизнь) объекту. Имеются в виду такие составы преступлений, как посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля (ст. 277 УК РФ), посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование (ст. 295 УК РФ), посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа (ст. 317 УК РФ).
С учетом изложенного, представляется правильным доктринальное определение убийства, предложенное В. И. Кузнецовым: «убийство – это общественно опасное, противоправное, умышленное причинение смерти другому человеку, когда оно не направлено одновременно на иное охраняемое уголовным законом общественное отношение» .
Непосредственный объект убийства — жизнь человека. Начало жизни — момент физиологических родов, конец жизни — физиологическая (биологическая) смерть.
Объективная сторона убийства выражается в лишении жизни человека.
Преступление имеет материальный состав и считается оконченным с момента наступления (причинения) смерти. Поэтому обязательным признаком убийства является причинная связь между деянием, направленным на лишение жизни, и наступившей смертью.
Убийство с субъективной стороны характеризуется умышленной виной. Возможен как прямой, так и косвенный умысел (лицо осознавало, что совершает деяние, направленное на лишение жизни другого человека, предвидело возможность или неизбежность наступления смерти и желало или сознательно допускало ее наступление либо относилось к такому последствию безразлично).
При решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранения жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения.
Если убийство может быть совершено как с прямым, так и с косвенным умыслом, то покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам (ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства других лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи и др.).
Субъект убийства, предусмотренного ст. 105, — вменяемое физическое лицо, достигшее 14 лет.
Часть 1 ст. 105 содержит основной состав убийства (так называемое простое убийство). По ней квалифицируется убийство, совершенное без указанных в законе отягчающих и смягчающих обстоятельств (например, убийство в ссоре или драке при отсутствии хулиганских побуждений, из ревности, по мотивам мести, зависти, неприязни, ненависти, возникшим на почве личных отношений).
Исчерпывающий перечень квалифицирующих признаков убийства содержится в тринадцати пунктах ч. 2 ст. 105:
1) Убийство двух или более лиц. Имеет место, когда лишение жизни потерпевших охватывались единым умыслом. Как правило, убийство двух или более лиц происходит одновременно.
2) Убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга. Означает убийство с целью воспрепятствования правомерному осуществлению потерпевшим своей служебной деятельности или выполнению общественного долга либо по мотивам мести за такую деятельность.
3) Убийство малолетнего или иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии. Означает умышленное причинение смерти потерпевшему, неспособному в силу физического или психического состояния защитить себя, оказать активное сопротивление виновному, когда последний, совершая убийство, сознает это обстоятельство.
4) Убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности. Для квалификации не имеет значения срок беременности.
5) Убийство, совершенное с особой жестокостью. Понятие особой жестокости связывается как со способом убийства, так и с другими обстоятельствами, свидетельствующими о проявлении виновным особой жестокости.
6) Убийство, совершенное общеопасным способом. Под общеопасным способом убийства следует понимать такой способ умышленного причинения смерти, который заведомо для виновного представляет опасность для жизни не только потерпевшего, но хотя бы еще одного лица (например, путем взрыва, поджога).
7) Убийство, совершенное по мотиву кровной мести. Убийца и потерпевший могут оказаться представителями одной и той же национальной группы, признающей обычай кровной мести.
8) Убийство, совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой.
9) Убийство, совершенное из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом.
10) Убийство из хулиганских побуждений. Квалифицируется убийство, совершенное на почве явного неуважения к обществу и общепринятым нормам морали, когда поведение виновного является открытым вызовом общественному порядку и обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение
11) Убийство, совершенное с целью скрыть другое преступление или облегчить совершение другого преступления, а равно сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера.
12) Убийство, совершенное по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы. Потерпевшими являются люди иной, чем виновный, национальной, расовой или религиозной принадлежности либо относящиеся к иной социальной группе.
13) Убийство, совершенное в целях использования органов или тканей потерпевшего. Для квалификации не имеет значения, в каких целях — медицинских или иных — собираются использовать органы или ткани потерпевшего.
Таким образом, убийство – это общественно опасное, противоправное, умышленное причинение смерти другому человеку, когда оно не направлено одновременно на иное охраняемое уголовным законом общественное отношение. Непосредственный объект убийства — жизнь человека. Начало жизни — момент физиологических родов, конец жизни — физиологическая (биологическая) смерть. Объективная сторона убийства выражается в лишении жизни человека. Преступление имеет материальный состав и считается оконченным с момента наступления (причинения) смерти. Поэтому обязательным признаком убийства является причинная связь между деянием, направленным на лишение жизни, и наступившей смертью. Убийство с субъективной стороны характеризуется умышленной виной. Возможен как прямой, так и косвенный умысел (лицо осознавало, что совершает деяние, направленное на лишение жизни другого человека, предвидело возможность или неизбежность наступления смерти и желало или сознательно допускало ее наступление либо относилось к такому последствию безразлично).

к оглавлению ↑

3. ПРОБЛЕМЫ КВАЛИФИКАЦИИ ПОХИЩЕНИЯ ЧЕЛОВЕКА, СОПРЯЖЕННОГО С УБИЙСТВОМ

Сразу же отметим, что немало ошибок в судебной практике возникает в случаях, когда похищение человека сопряжено с причинением ему смерти. В этих случаях содеянное нередко квалифицируется по ч. 3 ст. 126 УК как похищение человека, повлекшее смерть потерпевшего. При этом не всегда выясняется психическое отношение виновного к факту наступления смерти потерпевшего, не учитывается, что квалификация по ч. 3 ст. 126 УК предполагает неосторожную форму вины. Если же имел место умысел, то содеянное требует дополнительной квалификации по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК — как «убийство, сопряженное с похищением человека либо захватом заложника». На это, в частности, указал Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 27 января 1999 г. «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК)» .
После введения в УК РФ квалифицирующих признаков убийства, сопряженного с похищением человека, захватом заложника, разбоем, вымогательством и бандитизмом, среди специалистов возникла дискуссия о квалификации в указанном случае действий виновного. Некоторые авторы считают, что в данной ситуации необходима квалификация только по статье, предусматривающей ответственность за квалифицированное убийство .
Действующая судебно-следственная практика признает необходимым квалифицировать действия виновного, совершившего убийство, сопряженное с похищением человека и захватом заложника, по правилам совокупности преступлений, предусмотренных ст. 105 и 126 УК РФ.
По этому поводу имеется специальное указание в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)». Квалифицировать действия виновного в такой ситуации надлежит именно по совокупности преступлений. Данный вывод вытекает из того, что виновный фактически совершает два, хотя и связанных друг с другом, но совершенно разных уголовно наказуемых деяния. При этом не имеет значения, кому причинена смерть: похищенному либо иным лицам, например, лицу, препятствующему захвату, или сотруднику спецподразделения при освобождении похищенного.
Применительно к субъективной стороне этого преступления и направленности умысла виновного ошибки в судебной практике возникают в связи с отграничением похищения человека, сопряженного с его последующим убийством, от убийства, сочетаемого с действиями, лишь внешне напоминающими похищение человека . Так, материалами дела было установлено, что осужденные, избив М., решили его убить. С этой целью они поместили потерпевшего в багажник автомобиля, вывезли на пустырь, где убили. Желая скрыть совершенное в присутствии К. преступление, они отвезли последнего в лес, где также убили. Поскольку действия осужденных были направлены не на удержание потерпевших в другом месте, а на их убийство, Президиум Верховного Суда Российской Федерации удовлетворил протест заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации и отменил судебные решения в части осуждения виновных по ч. 3 ст. 126 УК РФ. Дело в этой части было прекращено за отсутствием состава преступления .
Салева Н.Н. предлагает признавать похищение человека самостоятельным преступлением только тогда, когда составляющие его деяния не выступают способом осуществления убийства. Если потерпевший изымается из привычной среды, перемещается помимо его воли к месту убийства, похищение является разновидностью насилия, охватываемого объективной стороной убийства . Следовательно, похищение человека с целью последующего убийства потерпевшего следует считать не приготовлением к убийству, а частью его объективной стороны и квалифицировать необходимо лишь по ст. 105 УК РФ.
В литературе имеются и иные точки зрения. Так, А. Попов отмечает, что с того момента, как потерпевшего затолкнули в машину и увезли куда-либо против его воли, состав похищения человека уже налицо, независимо от того, ради каких целей совершилось его похищение, поскольку цели похищения находятся за пределами состава преступления, предусмотренного ст.126 УК РФ. Похищение человека не может охватываться составом убийства потерпевшего. Это разные преступления, посягающие на различные объекты, наказуемые уголовным законом.
В.Н. Кудрявцев указывал, что убийство не может поглощать похищение человека и еще по одной причине: преступление, предусмотренное ст. 126 УК РФ, подразумевает свободу человека в качестве основного объекта, убийство же, наоборот, в качестве основного объекта предусматривает жизнь человека .
Сложная ситуация для квалификации преступления возникает и при посягательстве на физическую свободу женщины, находящейся в состоянии беременности, однако на самом деле не являющуюся беременной. Например, потерпевшая при совершении преступления может умышленно заявить о мнимой беременности, рассчитывая на снисхождение. В действиях виновного в такой ситуации возможны одновременно два вида субъективной ошибки: фактическая – в определении личности потерпевшего, а также юридическая – относительно квалификации действий.
Особое внимание вызывает тот факт, что не всегда выясняется психическое отношение виновного к факту наступления смерти потерпевшего, не учитывается, что квалификация по ч. 3 ст. 126 УК РФ предполагает неосторожную форму вины. Для вменения виновному данного обстоятельства необходимо установить, что смерть потерпевшего или иные тяжкие последствия явились результатом именно похищения человека, т.е. что между совершением данного преступления и указанными последствиями имеется причинная связь. Так, 15 октября 1996 года в г. Кисловодске был похищен несовершеннолетний Кибизов Георг Теймуразович 1982 г. рождения, который был вывезен на территорию Чечни. Несмотря на то, что Г.Т. Кибизов в пути следования задохнулся и умер, похитители взяли выкуп у его отца в размере 1 млн долларов США.
Ивановским областным судом с участием коллегии присяжных заседателей В., И. и К. признаны виновными в разбойном нападении на милиционера – бойца ОМОНа Куликова, в его похищении и посягательстве на его жизнь. Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации принес протест в Президиум Верховного Суда Российской Федерации, в котором поставил вопрос об отмене приговора и прекращении уголовного дела в части осуждения В., И. и К. по ч. 3 ст. 126 УК РФ. Действия В., И. и К., выразившиеся в связывании Куликова, погрузке в машину и вывозе за пределы города судья квалифицировал по ч. 3 ст. 126 УК как похищение человека организованной группой, а последующее убийство – как совершенное в составе организованной группы посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа (ст. 317 УК РФ). Однако из вердикта присяжных заседателей и приговора следует, что действия осужденных были направлены не на похищение и удержание Куликова, а на его убийство, т.е. были реализацией ранее возникшего у них умысла на лишение Куликова жизни .
При таких обстоятельствах действия В., И. и К., связанные с лишением жизни потерпевшего, полностью охватываются ст. 317 УК РФ. В итоге Президиум Верховного Суда Российской Федерации приговор суда присяжных Ивановского областного суда и Определение Кассационной палаты Верховного Суда Российской Федерации в отношении В., И. и К. в части их осуждения по ч. 3 ст. 126 УК РФ отменил производство по делу за отсутствием в их действиях состава данного преступления.
Не могут быть квалифицированы действия лица как «повлекшие по неосторожности смерть потерпевшего», если отсутствует причинная связь между его действиями и наступившим результатом.
Судебно-следственная практика исходит из того, что «дополнительное» деяние, входящее в составное (в том числе насильственное) преступление, следует квалифицировать по совокупности с ним во всех случаях, когда санкция нормы, предусматривающей наказание за «дополнительное» деяние как самостоятельное преступление, выше санкции нормы об ответственности за составное преступление или одинакова с ней .
Действия лица, совершившего похищение человека, незаконное лишение его свободы, составляют совокупность преступлений в том случае, если по отношению к смерти потерпевшего будет установлен умысел, вне зависимости от его вида (прямой или эвентуальный). На практике вопросы, связанные с разграничением, с одной стороны, убийства и причинения смерти по неосторожности, а с другой — причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть, и причинение смерти по неосторожности, всегда вызывали значительные трудности. Отличие данных преступлений содержится именно в субъективной составляющей действий виновного. При убийстве умысел виновного направлен именно на лишение жизни человека, на что указывается в постановлении Пленума Верховного Суда от 27 января 1999 г. «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)». При решении вопроса о направленности умысла необходимо исходить из всех конкретных обстоятельств происшедшего (учитывая их взаимосвязь и взаимозависимость), в том числе способа и орудия совершения преступления, количества, характера и локализации телесных повреждений (нанесение, например, ударов в жизненно важные органы человека), а также поведения потерпевшего и виновного как до преступления, так и после него (например, виновный при наличии реальной возможности лишить потерпевшего жизни отказался продолжать наносить удары).
В случае лишения жизни в процессе совершения похищения человека не одного, а двух или более лиц действия виновного наряду с п. «в» ст. 105 УК РФ подлежат квалификации и по п. «а», если смерть указанных лиц охватывалась его сознанием. Аналогичные мнения высказываются по этому поводу М. Феоктистовым и Е. Бочаровым.
При квалификации действий виновного по совокупности преступлений возникает вопрос, по какому пункту и какой части ст. 126 УК РФ квалифицировать действия виновного, совершившего убийство, сопряженное с похищением. Здесь возможны два варианта: первый – квалификация по п. «в» ч. 2 ст. 126, т.е. похищение человека с применением насилия, опасного для жизни или здоровья; второй – квалификация по ч 3 ст. 126 УК РФ, т.е. по признаку наступления иных тяжких последствий.
Более предпочтительным будет второй вариант, так как нелогично при совершении преступления, повлекшего причинения смерти по неосторожности, квалифицировать действия виновного в соответствии с нормой, предусматривающей более строгую ответственность, а в случае совершения умышленного убийства квалифицировать действия по норме, предусматривающей менее строгую ответственность (п. «в» ч. 2 ст. 126 УК), причем не за причинение смерти, а за насилие, опасное для жизни или здоровья.
Таким образом, если умысел возник после изъятия человека из места его пребывания помимо его воли или даже во время него, то будет иметь место реальная совокупность преступлений, предусмотренных ст. 126 и п. «в» ч. 2 ст. 105 УК. Если же умысел на лишение жизни потерпевшего возник до похищения и оно является элементом насилия над потерпевшим в целях реализации этого умысла, то вопрос о квалификации деяния по совокупности ст. 126 и п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ необходимо решать в каждой конкретной ситуации индивидуально в зависимости от продолжительности времени удержания, факта непрерывности насилия при перемещении потерпевшего в иное место и насильственного там его удержания в целях убийства, а также от того, является ли место убийства местом микросоциальной среды потерпевшего.

к оглавлению ↑

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Таким образом, под квалификацией преступлений в уголовном праве понимается процесс установления сходства (соответствия) совершенного деяния элементам и признакам того или иного состава преступления и его закрепление юридическими символами (ссылкой на статью, часть, пункт). При этом, о квалификации можно говорить в двух значениях: 1) в смысле определенного процесса – деятельности, состоящей из ряда отдельных актов (операций) и протекающей в течение некоторого времени; 2) в смысле итога, результата этой деятельности, воплощенного в выводе о наличии или отсутствии состава преступления. «Сопряженные преступления» – преступления, соединяемые с иными преступлениями, выполняемые в процессе или сразу же после их совершения.
Похищение и убийство человека, как и большинство традиционных, общеуголовных преступлений (изнасилования, кражи, грабежи, разбои), имеют длительную историю развития в России, уходящую корнями в глубину веков.
Под похищением человека (ст. 126 УК РФ) понимается завладение человеком против его воли, захват, в результате которого он попадает в распоряжение похитителей. Для квалификации деяния как похищения способ действия не имеет значения: обман, насилие, неопасное для жизни и здоровья (применение опасного насилия является квалифицирующим обстоятельством). Но во всех случаях похищаемому навязывается воля похитителя, ограничиваются свобода передвижения, возможность произвольного поведения, выбор места нахождения. Все это в итоге переходит в удержание похищенного лица в соответствии с целями виновного. Но при всех условиях похищение признается оконченным с момента захвата похищенного лица, т.е. оно не относится к длящимся или продолжаемым преступлениям.
Общественная опасность «похищения человека» заключается в незаконном ограничении или лишении человека свободы, угрозе безопасности его здоровью, а в некоторых случаях и жизни. Основной объект преступного посягательства — личная (физическая) свобода человека. Факультативные объекты — жизнь и здоровье как неотъемлемые блага человека, право собственности (ч. 2, 3 ст. 126 УК). Объективная сторона выражается в форме действия, заключающегося в тайном или открытом либо с помощью обмана или злоупотребления доверием завладении другим человеком (его захвате). Субъект преступного посягательства — общий, но может быть и специальным. Субъективная сторона составов преступления характеризуется виной в форме умысла, причем прямого. Однако в некоторых случаях возможны две формы вины, например умысел по отношению к похищению человека и неосторожность по отношению к наступившей смерти потерпевшего или иным тяжким последствиям.
Убийство – это общественно опасное, противоправное, умышленное причинение смерти другому человеку, когда оно не направлено одновременно на иное охраняемое уголовным законом общественное отношение. Непосредственный объект убийства — жизнь человека. Начало жизни — момент физиологических родов, конец жизни — физиологическая (биологическая) смерть. Объективная сторона убийства выражается в лишении жизни человека. Преступление имеет материальный состав и считается оконченным с момента наступления (причинения) смерти. Поэтому обязательным признаком убийства является причинная связь между деянием, направленным на лишение жизни, и наступившей смертью. Убийство с субъективной стороны характеризуется умышленной виной. Возможен как прямой, так и косвенный умысел (лицо осознавало, что совершает деяние, направленное на лишение жизни другого человека, предвидело возможность или неизбежность наступления смерти и желало или сознательно допускало ее наступление либо относилось к такому последствию безразлично).
В судебной практике возникает немало ошибок в случаях, когда похищение человека сопряжено с причинением ему смерти. В этих случаях содеянное нередко квалифицируется по ч. 3 ст. 126 УК как похищение человека, повлекшее смерть потерпевшего. При этом не всегда выясняется психическое отношение виновного к факту наступления смерти потерпевшего, не учитывается, что квалификация по ч. 3 ст. 126 УК предполагает неосторожную форму вины. Если же имел место умысел, то содеянное требует дополнительной квалификации по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК — как «убийство, сопряженное с похищением человека либо захватом заложника».
При квалификации, если умысел возник после изъятия человека из места его пребывания помимо его воли или даже во время него, то будет иметь место реальная совокупность преступлений, предусмотренных ст. 126 и п. «в» ч. 2 ст. 105 УК. Если же умысел на лишение жизни потерпевшего возник до похищения и оно является элементом насилия над потерпевшим в целях реализации этого умысла, то вопрос о квалификации деяния по совокупности ст. 126 и п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ необходимо решать в каждой конкретной ситуации индивидуально в зависимости от продолжительности времени удержания, факта непрерывности насилия при перемещении потерпевшего в иное место и насильственного там его удержания в целях убийства, а также от того, является ли место убийства местом микросоциальной среды потерпевшего.

к оглавлению ↑

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

1. Конституция Российской Федерации (принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 г.) (с поправками) // Сайт Конституции Российской Федерации [Электронный ресурс] / Информационно-правовой портал «Гарант». – М., — 2013.
2. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 21.10.2013) // Законодательство России [Электронный ресурс] / Официальный интернет-портал правовой информации. – М. 2013.
3. О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации : федер. закон от 8 дек. 2003 г. № 162-ФЗ // Собрание законодательства РФ. – 2003. – № 50. – Ст. 4848.
4. О судебной практике по делам об убийстве: Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. (ред. от 03.12.2009 N 27) // Законодательство России [Электронный ресурс] / Официальный интернет-портал правовой информации. – М. 2013.
5. Уголовный кодекс РСФСР от 27 октября 1926г. // Собрание узаконений РСФСР, 1926, № 80, ст. 600.
6. Уголовный кодекс РСФСР от 24 мая 1922г. // Известия, 1922, 5 июня.
7. Состояние преступности в России за январь декабрь 2012 года // Официальный сайт Министерство внутренних дел Российской Федерации [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://mvd.ru/upload/site1/document_file/vlXMMRlab8.pdf — Дата доступа: 10.11.2013.
8. Состояние преступности в России за январь декабрь 2011 года // Официальный сайт Министерство внутренних дел Российской Федерации [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://mvd.ru/upload/site1/import/c47a38e0d6.pdf — Дата доступа: 10.11.2013.
9. Беляев И. Д. История русского законодательства. СПб.: Лань, 1999.
10. История государства и права России // Под редакцией Чистякова А.М. – М., 1999.
11. Клименко А.В. Уголовно-правовая характеристика похищения человека: Дис. … канд. юрид. наук. М., 2004. С. 57.
12. Краев Д.Ю. Квалификация похищения человека с целью его последующего убийства // Законность. 2011. N 4. С. 60 — 65.
13. Кузнецов В. И. Понятие убийства в российском уголовном праве // Сибирский юридический вестник. 2003. № 4. С. 41-42.
14. Насильственная преступность / Под ред. В.Н. Кудрявцева и А. В. Наумова. – М., 1997. – 64 с.
15. Нуркаева, Т. Преступления против свободы и неприкосновенности личности / Т. Нуркаева // Российская юстиция, 2002. – N 8. – С.43.
16. Теоретические основы квалификации преступлений: Учебное пособие. — Плотников А.И. Оренбург: Изд-во ОИ МГЮА, 2001
17. Поляков Д.С. Объективные и субъективные признаки похищения человека / Поляков Д.С. // Вестник Калининградского филиала Санкт-Петербургского университета МВД России. 2012. № 3. С. 104-107.
18. Рожнов А.П. Проблемы квалификации убийств, сопряженных с иными преступлениями /А.П. Рожнов // Вестн. Волгогр. гос. ун-та. Сер. 5, Юриспруд. 2011. №1. – С.152-158.
19. Русаков И.В. Некоторые актуальные проблемы раскрытия и расследования преступлений, связанных с похищением человека /Русаков И.В. // Человек: преступление и наказание. 2011. № 4. С. 71-75.
20. Салева, Н.Н. Убийство, сопряженное с иными преступлениями: проблемы квалификации и уголовной ответственности: дис. …канд. юрид. Наук / Салева Наталья Николаевна. – Омск, 2006. – 248 с.
21. Сверчков, В. В. Уголовное право. Особенная часть : Краткий курс лекций. — 5-е изд., перераб. и доп. — М.: Высшее образование, Юрайт-Издат, 2009. —262 с.
22. Сердюкова Е.В. Вопросы квалификации похищения человека, сопряженного с убийством // Вестник СевКавГТИ. — Ставрополь: НОУ «СевКавГТИ», 2011, Вып. 11. — С. 155-158.
23. Таганцев Н.С. О преступлениях против жизни по русскому праву. Т. 1. – СПб., 1870.
24. Толковый словарь Ожегова. С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. 1949-1992.
25. Убийство: уголовно-правовая и криминологическая характеристика. – Иркутск: Изд-во БГУЭП, 2008. – 171 с.
26. Уголовное право России. Особенная часть. Учебник. 2-е изд., испр и доп. / под редакцией В.П. Ревина. Юстицинформ, 2010г.
27. Уголовное право России. Особенная часть. Курс лекций. Т. 3 / Отв. ред. Г. С. Гаверова. Владивосток: Дальневосточный университет, 2000. — С. 65.

Сказать спасибо:

Вам понравиться